Конечно, она имела в виду его корни. Но он никогда не пойдет на это.

— Ты права, — его слова удивили ее, — я подумаю об этом.

После ужина Антонио уехал, оставляя их наслаждаться друг другом. Диане показалось, что он не был удивлен их отношениями. Возможно, все в «Morte Nera» уже знали, но ей было все равно. Пусть думают, что хотят. Правду знали только они вдвоем — любовь не имеет границ, статусов, возраста и титулов. Они просто любили друг друга.

— Завтра мы уедем отсюда? — Диана сидела в мягком кресле, поджав под себя ноги и кутаясь в плед. Вечерняя прохлада давала о себе знать.

Хотелось спокойствия. Хотелось оставаться в этом тихом месте как можно дольше, но она понимала, что рано или поздно им придется покинуть их убежище.

— Ты можешь остаться, а я буду приезжать вечером. — Он улыбнулся, подкидывая полено в камин. — Мне здесь тоже нравится.

Тишина в доме убаюкивала, заставляя забыть шум города. Но остаться здесь Диана не могла — слишком много работы предстояло выполнить в ближайшее время в ночном клубе. Надо будет созвониться с Луизой. Диана надеялась, что она согласится помочь ей в приготовлениях к празднику и открытию здания. Она надеялась, что вчерашний скандал не сильно испугал Луизу и она примет предложение стать менеджером. Как шепнул Антонио: «любой итальянец примет работу от семьи Висконти и посчитает это за большую честь». Антонио знал про… Он все знал.

— Кто в «Morte Nera» еще знает про тебя?

Стефано, сидящий к ней спиной возле камина, даже не обернулся, он просто замер. Диана возненавидела себя за любопытство. Он рассказал ей в надежде, что она больше никогда не станет говорить об этом. Но, черт возьми, ей хотелось знать больше!

— Кроме тебя и Антонио, никто. — Стефано повернулся к ней. — Я надеюсь, ты больше не затронешь эту тему.

Диана молча кивнула, потупив взгляд.

— Диана. — Его голос. Строгий. Она снова подняла глаза и посмотрела на него. — Скажи мне это, глядя в глаза.

Как она могла забыть! Отдавшись эмоциям и чувствам, он все еще оставался собой. Кажется, она не умеет врать. И кажется, сегодня она начнет это делать, глядя ему в глаза:

— Хорошо, я больше не затрону эту тему.

Он проглотил ее ложь. Но хватит ли у нее смелости узнавать его дальше? Хватит. Если она будет делать это не напрямую, а скрытно.

— Но про двадцать шесть трупов у «Поло-клуба» я могу спросить? Ты так и не объяснил мне, зачем навлек на себя этим гнев Грифа? Тебе мало того, что на этом месте был убит его сын?

— А что бы ты сделала на моем месте? — Он развернулся к ней. Диана поежилась от его пристального взгляда. — Куда бы ты их дела? Гриф не убьет меня, ему это невыгодно. Сейчас все его мысли и действия будут направлены на меня живого, ему необходимо сосредоточиться на том, как доказать мою причастность к произошедшему. И поверь, пока он будет занят мной, он полностью забудет о тебе.

Стефано подставил себя ради нее. Но это безумие!

— Это глупость, — прошептала она дрожащими губами, — ты сделал это ради меня? Берешь на себя всю ненависть Грифа? Хочешь расплачиваться за то, что сделала я?

— А что ты сделала? — Он удивился, широко открыв глаза. — Убила его ублюдка-сына?

— Ахмада ибн Мубарака тоже убила я. — Диана поежилась от своих слов. — А ты все взвалил на себя.

— Диана, — он присел рядом, беря в ладони ее лицо, — послушай меня внимательно: ты это сделала по моему приказу, а значит, я несу ответственность за его смерть. Не ты, а я. Но поверь, мне ничего не грозит, я, как всегда, выйду сухим из воды. Сейчас важно, чтобы Гриф был занят следствием, очищая свое имя от грязи, которую я ему подложил.

— Он начнет мстить тебе.

— Я привык. Главное, чтобы он не трогал тебя. — Стефано все еще касался ее лица, пальцами очерчивая его контур. — И мне не нравится, что он хочет купить тебя.

— Все, что принадлежит тебе, не продается? — улыбнулась Диана, чувствуя защиту, исходившую от любимого мужчины. — Ты понесешь убытки, Гриф не отдаст ни цента за аренду порта.

— Почему-то мне кажется, что ты стоишь дороже. — И он коснулся ее губами.