Мэддокс приходит домой и кладет мои сумки в свой Фантом (прим. пер.: Rolls — Royce Phantom — автомобиль представительского класса).

— Ты владеешь машиной мафиози… — поддразниваю я, садясь на пассажирское сиденье.

— У меня много машин, детка.

— Кто бы сомневался.

Я пристегиваю ремень безопасности и жду, пока он сядет за руль. Поворачиваюсь к нему лицом.

— Алиша, мой личный ассистент, звонила мне, пока тебя не было. Она сказала, что Трэвис пришел в себя прошлой ночью и все исправил. Он удалил видео из сети — хотя мы оба знаем, что невозможно удались все, где-нибудь что-нибудь обязательно всплывет, и также он приносит официальные извинения.

Мэддокс наклоняет голову, выезжая на шоссе.

— Во что он, бл*дь, играет?

Он сжимает челюсть.

Я делаю паузу, включаю радио. Играет «Glycerine» исполнителя Bush, и я делаю громче. Я люблю эту песню. Голос солиста напоминает мне Курта Кобейна. Я не скажу об этом Мэддоксу, он наверняка обидится. Никто не может быть Куртом Кобейном, кроме Курта Кобейна.

— Не знаю, — отвечаю я, глядя в окно на автостраду. Мы въезжаем на взлетную полосу, Мэддокс останавливается возле своего самолета.

Я отрицательно качаю головой.

— О, как далеко ты…

Он останавливается, снимает очки авиаторы и кладет их на приборную панель.

— Я приеду в эти выходные.

— Хорошо, — отвечаю я. — Чем займемся?

Парень облизывает губы.

— Не знаю, но я знаю, что ты моя, и на этот раз тебя не отпущу.

Я улыбаюсь.

— Возьмешь с собой Кен?

— Да, — отвечает он.

— Круто! — говорю я, открывая дверь. — Нам с ней нужно закончить мой хафпайп.

Я выхожу и вытягиваю руки над головой, разминаю шею, затем смотрю на солнце.

— Что? — говорит Мэддокс, закрывая дверь.

Делаю паузу.

— Дерьмо. — Что за чертова идиотка. — Извини, я не хочу, чтобы у кого-то были проблемы…

Он обходит машину.

— Выкладывай.

— Мы с Кэсс вроде как стали, ну не совсем близкими, но друзьями.

Мэддокс внимательно наблюдает за мной.

— И?

Надеюсь, он не разозлится.

— Они с Кен пару раз приезжали ко мне в гости на выходные. Мы с Кен покрасили хафпайп, который я построила дома. Мы сделали фотографии, пара из них есть в социальных сетях.

Его губы сжимаются, щеки краснеют.

— Неужели?

— Ты злишься?

— Аметист, — он обнимает меня и целует в голову. — Вы с Кен обожаете друг друга, с чего бы мне злиться?

Я вздыхаю, расслабляясь.

— Не знаю, в последнее время ты был очень угрюм.

— Прости, детка, — шепчет он мне в волосы, а затем жестом указывает на ожидающий самолет. — Это дерьмо с Трэвисом за*бало меня, и мы… —

Мэддокс говорит «мы» и это словно удар под дых.

Я киваю.

— Я знаю.

Он улыбается, целуя меня в губы.

— В эти выходные у тебя день рождения?

— Серьезно? — спрашиваю я, отводя глаза в сторону. — Нет, не может быть… ты ошибаешься. Возможно, у кого-то другого.

Он игриво пихает меня.

— Мы приедем.

— Когда ты говоришь мы…

— Ага. — Парень лезет в машину, чтобы взять солнечные очки. — Я имею в виду всех.

Я БЫСТРО ДОБИРАЮСЬ ДОМОЙ, минуя папарацци по дороге. Звоню Алише, как только вхожу в дом, она отвечает мгновенно.

— Йоху!

— Прекрати, — хихикаю я, входя на кухню. — Я думаю, что мне нужна дополнительная охрана на некоторое время, пока эта головоломка с секс-видео не закончится.

— Да, я думаю, что это хорошая идея. У меня есть пара человек, которых мне рекомендовали. Я позвоню и узнаю, свободны ли они. У тебя есть какие-нибудь предпочтения? Ты предпочитаешь мужчину?

— У меня нет никаких предпочтений, просто пара человек, которые могли бы побыть рядом.

— Сделаю, что-нибудь еще?

— Да, завтра я вернусь в студию.

— Что-нибудь угодно еще?

Я замолкаю, закрываю дверцу холодильника.

— Ты о чем-то хочешь мне сказать Алиша?

Она делает паузу.

— Ох… Возможно.

— Выкладывай…

Девушка откашливается, но я уже знаю, что она хочет спросить, поэтому опережаю ее:

— Да, у нас с Мэддоксом Стоуном есть история, давняя история, да, между нами кое-что происходит, нет, мы не в отношениях.

Она кричит. Девчачьими воплями. Я отодвигаю телефон от уха, прежде чем ее крик пронзит мой мозг.

— Ладно, ух ты! О мой Бог, это же… это же…

— Странно?

— Я хотела сказать горячо, но и странно. Значит, вы сейчас не вместе?