— Спасибо, Тейт.

Я смотрю на Бишопа и вижу, что он смотрит на меня. Парень проглатывает остатки своего напитка, а затем берет меня за руку.

— Пойдем.

Кэш смотрит на меня с намеком на самодовольную ухмылку на лице. Музыка меняется на «Your Guardian Angel» группы Red Jumpsuit Apparatus, пока мы медленно уклоняемся от людей и углубляемся в лес.

— Это та часть, где ты убиваешь меня? — шучу я, наши пальцы переплетаются. Мое сердце замирает от того, как правильно чувствуется его близость.

Бишоп смотрит на меня через плечо.

— Теперь ты смеешься... — дразнит он.

Моя улыбка исчезает.

— Клянусь богом, Бишоп, если это…

— Заткнись! — Он поворачивается, прижимая палец к моим губам. — Прекрати болтать. — Его глаза разрушают все оковы сдержанности, которая, как мне казалось, у меня была. Я киваю, и он опускает руку. — Хорошо. — Продолжает идти вглубь леса, уворачиваясь от упавших веток, а я следую за ним.

— Куда мы идем? — спрашиваю я.

— Это недалеко. — Мы идем еще минут двадцать, а потом он останавливается, лицом к густому кустарнику.

— Что это? — спрашиваю я, наклоняя голову.

Бишоп продирается сквозь густой кустарник и делает шаг вперед.

— Бишоп? — Куст возвращается в то же положение, в котором был.

— Проходи, Китти. Перестань ныть.

Я проталкиваю руки и отделяю маленькие острые ветки, а затем делаю шаг одной ногой, пока не оказываюсь с другой стороны. Отпустив ее, она возвращается на место, и я вытираю руки о ноги.

— Господи, что... — Все мысли вылетели у меня из головы. — О, боже, — шепчу я, делая шаг вперед и осматривая окрестности. Яркий лунный свет отражается от шелковистой неподвижной воды озера, и тысячи и тысячи светлячков освещают темный, мрачный лес вокруг нас. Это выглядит потрясающе, что-то из сборника сказок. Я снова делаю шаг вперед, и рука Бишопа находит мою. Скинув туфли, я позволяю пальцам утонуть в чем-то, похожем на кремниевый песок. — Откуда ты узнал об этом месте? — спрашиваю я, оглядываясь на Бишопа.

Он пожимает плечами, подходит ко мне и садится на песок.

— Нам вроде как пришлось обследовать периметр — ну, знаешь, чтобы напугать эту цыпочку...

Я толкаю его.

— Придурок.

Он смеется, его жемчужные зубы сверкают на загорелой коже, отражая лунный свет. Бишоп берет меня за руку.

— Садись. — Я следую его приказу, прижимаясь к его теплу.

— Эти выходные не были тем, чего я ожидала.

— Да, расскажи мне об этом. — Кивает в знак согласия.

— Почти уверена, что ты знал о своих намерениях. — Закатываю глаза.

— Может быть... — Бишоп усмехается, глядя на воду. — Но ты не такая, как большинство девушек. — Оглядывается на меня. — Ты никогда не облегчала мне жизнь.

— Не знаю, — бормочу я. — Я кажусь легкой шлюхой, когда дело касается тебя.

Он смеется, опираясь на локоть.

— Ты не шлюха, Мэдисон. Ты просто девчонка, которая любит исследовать свою сексуальность. В чьих глазах это делает тебя шлюхой? — спрашивает он. Я молчу. Он продолжает: — Это не имеет значения. Что они думают о тебе — не твое дело. Но ты не шлюха. Я знаю шлюх, и, поверь мне, если бы ты была одной из них... — Он останавливается, снова ухмыляясь мне. Самодовольный ублюдок. — Ты бы ни за что на свете не попалась мне на глаза, прыгая на моем члене.

— Очаровательно, — закатываю глаза. Бишоп обнимает меня за талию и сильнее притягивает к себе.

— Зачем мне быть очаровательным? — издевается он. — Ты шлюха, помнишь?

Я толкаю его, пытаясь сдержать смех.

— Могу я задать тебе вопрос?

— Нет.

— Ну, я все равно тебя спрошу, — бормочу я, лежа на спине и глядя на мерцающие звезды. — Что случилось с твоей бывшей? — Тишина. Может быть, я переступила черту? Нет, я знаю, что переступила черту. Поняла это еще до того, как открыла рот.

— Кто рассказал тебе о ней? — спрашивает он, ослабляя хватку вокруг моего тела.

— Несколько человек.

— Татум. — Качает головой, а потом шепчет: — У этой девушки самый большой рот в истории Риверсайда.

— Эй! — Я снова пихаю его. — Это моя лучшая подруга.

— Ну, тогда я беру назад свое предыдущее заявление, — заявляет Бишоп, хотя я знаю, что в его тоне есть намек на юмор. — У тебя определенно дерьмовое суждение.

— Ну, я переспала с тобой, так что... — Он смотрит на меня, уголки его губ подергиваются, намекая на ухмылку. — Перестань менять тему. — Я смотрю на него, высматривая намек на какую-нибудь эмоцию.

Бишоп качает головой, и говорит:

— Она была не такой, как ты думаешь, если хочешь это знать. Мы были не такими, как ты думаешь.

— Ладно, умник, и что я думаю?