Я приподняла задницу, чтобы Каллаган проникал ещё глубже, и в этот момент что-то упало на кровать. Я приподнялась и увидела ожерелье. У меня сердце забилось быстрее, когда я схватила его и спрятала в ладони, когда Каллаган кончил. Он отстранился, а я развернулась и принялась облизывать его член, задевая чувствительную головку. Прикусила нежную кожу над пахом и продолжила подниматься, целуя тело Каллагана.

Я процеловала дорожку до его губ и жёстко впилась в них. Каллаган схватил меня за бёдра, поднимая и желая вновь насадить на свой готовый член. Я провела руками по его волосам и обняла за шею, наслаждаясь наполненностью. Я вновь начала его целовать едва ли не забывая о цели, потому что по телу разливалось раскалённое удовольствие.

Резко отстранившись, я надела ожерелье ему через голову и закричала:

— Не снимай его!

— Какого хрена? — потребовал он, толкая меня на кровать и глядя на свою грудь, где рядом с другим амулетом сияло ожерелье. — Ты сука, — огрызнулся он.

— Не прикасайся ко мне, — прошипела я, когда он потянулся ко мне. Его возбуждённый член сиял от моих соков. — Ты никому не скажешь, что носишь его. Понял? — хрипло прошептала я и встала, прекрасно понимая, что теперь он точно убьёт меня. — Скажи, что хочешь меня, Паладин.

— Хочу, но мне не нужно ожерелье, чтобы признать это, — прорычал он, вставая и подходя ко мне. — Скажи мне трахнуть тебя вновь, — прохрипел он. — Скажи закончить то, что начали, и посмотрим, что будет, крошка-друид.

— Думаешь, не осмелюсь? — Я хрипло рассмеялась. — Ложись на кровать, на спину.

На моих глазах, он одеревенел и сделал так, как я сказала.

— Хочешь меня? — спросила я, медленно приближаясь.

— Я никогда не притворялся, что это не так, — признался он. Я залезла на кровать, поставив ноги ближе к его бёдрам, и опустилась на колени, оседлав Каллагана. Он не двинулся. — Ну же, большая девочка, скажи это.

— И можешь делать мне больно? — осторожно спросила я.

— Нет, но ноющие места укажут на то, кому ты принадлежишь. Так что завтра… и послезавтра, когда при движении ты будешь кривиться, станешь думать обо мне. Я затрахаю тебя так, что твоя вагина навечно запомнит мой член, а ты всегда будешь помнить, кто сорвал твою розу.

— Трахни меня, — прорычала я, не желая, чтобы это было приглашением. Он опрокинул меня так быстро, что я даже не поняла, как это произошло, и принялся вбиваться в меня с нечеловеческой скоростью, пока я не захныкала и не выкрикнула его имя богам над нами.

Каллаган перевернул нас и прижался к моим губам в болезненном поцелуе, предназначенном для наказания. Я подняла руки, чтобы оттолкнуть его, но он схватил их и прижал к кровати, отказываясь отпускать мои губы. Он молча трахал меня? Я не была уверена, что это мне понравилось, но он чертовски сексуален, когда злился!

Он немного отстранился, давая мне возможности вдохнуть, и я закричала:

— Да, чёрт, да! Жёстче, ублюдок. — И он подчинился. Магия скользнула по моим соскам, до боли стискивая их, затем надавила на клитор, заставляя меня извиваться. Каллаган резко дёрнулся, и я закричала, когда самый мощный, самый сильный оргазм в моей жизни сотряс мир. Я застонала, кусая полную губу Каллагана, а он застонал и зашипел, достигнув собственного оргазма. А после упал на кровать рядом.

— Беги, крошка-друид, — рассмеялся он. — Потому что я знаю, как снять ожерелье, — признался он, прежде чем повернуться и посмотреть мне в глаза. — А когда сниму, последую за тобой на край света, чтобы сделать своей. Помни, не навреди её людям, когда будешь уходить и ничего не трогай в саду, иначе умрёшь. Но Эри, знай, тебе негде от меня прятаться. Никто не сможет помешать мне, добраться до тебя. Это не ради нашего народа, теперь дело стало личным.

— Хреново, когда обстоятельства меняются, да, здоровяк? — Я лежала рядом и оглядывала комнату в поисках одежды.

Я выдохнула и села, когда он схватил меня за запястья и притянул к себе.

— Отпусти! — закричала я, но он не сделал этого.

Он смотрел мне в глаза с чем-то тёмным и опасным, а ожерелье светилось.

— Его создал Орден, Эри. Мой чёртов Орден, — прошипел он, а ожерелье засветилось ярче. — Когда я тебя поймаю, буду наслаждаться наказанием. Мне нравится преследовать миленьких крох и делать своими, — произнёс он, прежде чем завладеть моим ртом. Я не отодвигалась, пока он не отстранился, зажав мою нижнюю губу между зубами и пустив кровь. Он слизнул её, и огонь в его глазах разгорелся ещё ярче.

Я шире раздвинула ноги, приглашая к большему, но он не шевельнулся, а просто смотрел на меня, а затем откатился, не в силах игнорировать магию, которая проталкивалась сквозь ожерелье, требуя, чтобы он сделал, как я сказала.