— Ничего, — осторожно прошептала я, поднимая глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Это стало ошибкой. Он изучающе смотрел на меня, и я чувствовала лёгкий толчок, словно Лукьян читал мои воспоминания. Я почувствовала, как он ударился о возведённые мной стены, и улыбнулась на его прищур, когда добавила дополнительные слои вокруг стен. После чего почувствовала, как он отстранился.

— Пытаешься что-то скрыть, ведьмочка? — спросил он, и я ухмыльнулась, ничего не говоря. Я ни самоубийца, ни глупая. Однако очень хорошо могла изображать дурочку.

— Я не архитектор и не занимаюсь строительством. Мне нужно пройти мимо тебя, чтобы поработать над домом мамы; не хочу навязываться твоему великодушию дольше, чем это необходимо, — ответила я с должным количеством сарказма.

— Ковен запретил любому входить в поместье. Его не очистили от заклинания. И я один раз, но предельно ясно скажу — для тебя это небезопасно. Переодевайся, у меня есть для тебя дела. Твоё наказание от ковена не закончилось, мне нужна помощь, — тихо прорычал он с самоуверенной улыбкой, пробуждая желание стереть её с его красивого лица.

В утреннем свете клуб «Хаос» выглядел совсем иначе. Должно быть, у Лукьяна лучшие подрядчики на планете. Урон от взрыва, казалось, волшебным образом стёрли. Всё выглядело так, будто ничего не было, а я всё это выдумала.

Лукьян дал мне список обязанностей и объяснил, как они должны выполняться. А ещё всучил тележку с мусорным баком и различными чистящими средствами, резиновые перчатки и ключ-карту, которая открывала только те комнаты, в которых он разрешил мне убираться. И мне приказали следовать его указаниям до последней буквы. Я не была долбаной служанкой, но эта работа действительно подпадала под представление ковена о наказании.

Я спустилась на нижний этаж, нашла комнаты по списку и принялась за работу. Таких комнат не ожидаешь найти под клубом… Казалось, их использовали для ночлега. Каждая обустроена немного по-разному, с различными взрослыми игрушками и извращённым дерьмом или оборудованием; некоторые вещи мне пришлось искать Интернете, чтобы понять, для чего, чёрт возьми, они использовались. Однако в каждой комнате стоял пакет с совершенно новым постельным бельём, а не свежевыстиранным, как в отелях. А ещё в каждой комнате, в которую я входила, камера в углу мигала и следила за мной.

Только войдя в комнату с табличкой «Босс», я остановилась и огляделась по-настоящему. Эта комната больше остальных, и в ней стояла кровать с длинной цепью, прикреплённой к каждому столбу. На столе посреди комнаты лежали тонкая, упругая ротанговый прут и набор чёрных вагинальных шариков. Судя по поиску в Интернете, к этим шарикам явно прилагалось приложение, которое контролировало уровень вибрации через Bluetooth. Я попятилась, подошла к зеркальной стене комнаты и начала протирать их, лишь несколько раз, с любопытством оглядываясь на шарики и трость.

Что, чёрт возьми, это за место? Я сняла перчатку, когда та порвалась на пальце, и бросила её в мусорное ведро на тележке, прежде чем возобновить мытье стекла. В момент, когда кожа коснулась зеркальной поверхности, она превратилась в прозрачное стекло, и появилась комната за стеной. Мягкие серые диваны у стен, в центре возвышалась сцена. Порочный Х-образный крест был прикреплён к одной из стен, и с него свисали цепи, похожие на те, что прикреплены к кровати в комнате, где я стояла.

Я сглотнула, когда в голову пришла идея — комната пыток? О, Боже! Лукьян устраивает здесь какой-то клуб садистов!

Я развернулась и уже собиралась выбежать, когда увидела его, прислонившегося к двери. С нежной улыбкой он перевёл взгляд с меня на стол, а затем на комнату за стеклом.

— Ты больной, — огрызнулась я, не подумав. Он выгнул бровь, но ничего не сказал. Дверь за ним закрылась, и защёлкнулся замок, а Лукьян медленно приблизился, заставляя меня отступить, пока не оказалась у стекла. — Ты садист? Какой-то урод, которому нравится пытать людей, — дрожащим голосом прошептала я.

— То есть, по-твоему, тут такое происходит? — Его смех был холодным и безжалостным.

— У меня есть глаза, — отрезала я.

— Это секс-клуб, Лена. Без пыток никуда. Но те, кого пытают, получают истинное наслаждение. Тебя защищали гораздо лучше, чем я думал. Секс-индустрия — это прибыльный бизнес, один из самых кассовых отраслей в мире.

— Здесь секс-клуб? — в ужасе прошептала я. — А ковен знает об этом?

— Старейшины да. Они получают часть доходов клуба для поддержки города. Я не скрываю этого. Я сделала ещё шаг назад, когда он подошёл ближе. — Я могу показать тебе кое-что, если интересно.

— Нет, всё хорошо. — Я с трудом сглотнула, следя взглядом за Лукьяном, на губах которого мелькнула улыбка, как будто я пошутила.

— Опять повторяешь то же самое.