Ричард и Элис словно замерли, не сводя с Джонатана глаз. Они не смотрели на Повелительницу и словно чего-то ждали. Все не так, — пронеслось в голове Грэя. Они не спроста так уверены и спокойны. Джон бросил на нее еще один исполненный преданной любви взгляд, и решительно взялся за рукоятку меча. Собравшись с силами, он вытащил его. Длинное лезвие зловеще сверкнуло. Он медленно развернулся, держа меч над головой. Милена благодарно улыбнулась, глаза ее заблестели. Она протянула руку, и Джон почувствовал, как священное оружие, украденное у Христа, стало уплывать из его рук. Внезапно она потянула носом воздух и огляделась по сторонам, словно что-то учуяв. То, что произошло потом было настолько молниеносным и неожиданным, что он не успел ничего понять и зафиксировать в своей памяти, так как движения вампиров были быстрее, чем работа мозга смертного. Высоко под самым куполом раздался шорох, словно от крыльев стаи летучих мышей, и прямо сверху на устланный ковром пол храма со свистом опустились существа напоминавшие людей только телосложением и одеянием, лица их были искажены гримасой ненависти и злобы. Они шипели и рычали, словно дикие звери, обступая со всех сторон Повелительницу, но меч все еще двигался в ее направлении. Все это происходило очень быстро, словно на ускоренном режиме при просмотре фильма. Милена тоже ощетинилась, оскалив зубы и угрожающе зарычав. Ричард и Элис наблюдали за всем со стороны, не участвуя. Теперь Джонатан, понял, почему ни были так спокойны и уверены, а двери храма оказались открытыми. Но как им удалось устроить западню, если Милена контролировала мысли каждого? Джон ринулся в стороны разъяренной толпы, окружающую его любимую, но взгляд Ричарда остановил его, он Джонатан бессильно повалился на пол, как подкошенный. Вампиры поступали к ней все ближе, но она раскидывала их в разные стороны, некоторые из них вспыхивали, подобно факелам под ее испепеляющим взглядом, но все же их было слишком много. Ей не убить всех.
— Ты же не дашь им убить ее? — крикнул он из последних сил. Ричард холодно улыбнулся, и достав пистолет из заднего кармана джинсов, поднялся над землей, нарушив все законы земного притяжения, и выстрелил прямо в грудь Милены. Ее растерянный взгляд остановился на лице Ричарда, на мгновение они снова стали изумрудно-зелеными, исполненными боли и звериной муки, но потом черная ярость вспыхнула с новой силой. Алая кровь залила белоснежное платье. Сжав руками рану, Повелительница потеряла контроль всего на секунду. Но этого оказалось достаточным, чтобы меч со звоном упал на пол и оказался в руках Ричарда.
— Нет. — взревела она, с остервенением разъяренной богини разбрасывая по сторонам обступившую ее горстку вампиров, которые еще вчера боготворили ее. В ее руке свернул кинжал и вампиры испуганно отступили, но она отступать не собиралась. За предательство она покарает каждого. На войне нет законов. На войне каждый сам за себя. Рванув, она оторвала длинный подол платья, мешавший движению, и кинулась в атаку уничтожая противников с молниеносной скоростью. Ее платье залила кровь десятков вчерашних обожателей, ставших врагами в один миг, волосы в беспорядке рассыпались по плечам. Джон не успевал за выпадами ее рук, которые одним за другим пронзали рычащих а потом скуливших в предсмертной агонии вампиров. Но основной ее целью был Ричард, к нему она пробиралась через толпу предателей.
— Стоп. — закричала она страшным голосом и вампиры замерли, повинуясь ее голосу. Кровь была на ее руках и лице, стекала по разорванному платью. — Я могу убить вас всех, у меня хватит сил, но вы ведь не самоубийцы. Я предлагаю вам честный обмен. Выдайте мне вашего предводителя и я сохраню ваши никчемные жизни. — Она ядовито скривила губы и посмотрела на Ричарда, который сохранял невероятное спокойствие, словно его все происходящее не касалось. Элис со страхом пряталась за его спиной, а он смело смотрел в глаза Повелительницы. Джонатан не мог не восхититься его самообладанием и выдержкой.
— Они предадут меня, не моргнув глазом, так же, как предали тебя. — произнес Ричард. — Я предлагаю тебе другой вариант. Более достойный. Попробуй забрать у меня то, что тебе так нужно, не выхватив меч силой взгляда, не парализовав меня, а в честной битве.
— Честной? — она насмешливо приподняла бровь, обведя взглядом притихшую толпу предателей. — А это было честно? Стрелять в меня, окруженную разъяренными кровососами, было честно? Зачем тебе эта битва, заранее обреченная на поражение?
— Хочу понять, как далеко ты готова пойти в своей гордыне и властолюбии. — все тем же ледяным спокойствием ответил Ричард.
— Моей гордыне? — она расхохоталась. — Ричард, ты мне будешь говорить о гордыне и властолюбии? Разве не ты выпросил у меня свободу, чтобы потом отобрать у меня силу?
— Я.- кивнул он. — Так накажи меня за это. Оставь этих жалких тварей, которых ты собиралась учить милосердию. Оно не ведомо им. Как и тебе.
Милена решительно вздернула подбородок и сделала шаг в направлении Ричарда, заметно поредевшая толпа вампиров расступилась. Она холодно улыбнулась, заметив среди них Джозефа Море.
— И ты? — спросила она. — Почему?
Джозеф отвернулся, не выдержав ее презирающего взгляда. Милена чувствовала себя преданной, растерзанной, мертвой. Боль и гнев шевельнулись в очерствевшей душе. Она не даст ему заставить ее признать свое поражение.
Ричард направил на нее свой меч и приготовился к драке.
— Не надо. — воскликнул Джонатан, поднимаясь на ноги. Ричард наконец-то освободил его. — Просто забери меч.
— Молчи, мальчишка. — разъяренный черный взгляд остановился на его лице. Холодный пот заструился по спине Грэя. На него смотрели глаза настоящего Дьявола, готового биться до последнего.