— А у меня был выбор? Мы обязаны закончить то, что начали. Это наше предназначение. Я уговорил Истинных дать нам последний шанс, после того, как спас тебя. Твое желание стереть до чистого листа собственную жизнь сыграло им на руку.

— Я знаю. — тяжелый вздох. — И все же ты смог сдерживать мои воспоминания, ты устроил "провалы". У тебя был доступ к моей памяти.

— Был. Но ограниченный. После нескольких лет неудавшихся попыток, я предположил, что именно отсутствие воспоминаний о твоей особенности и избранности мешают нам. И постепенно начал внедрять отдельные образы. Те, которые не были напрямую связаны со мной. Но в тот злосчастный вечер в ресторане, ты заговорила на французском языке, сама, без моего влияния, и начала задавать странные вопросы. И смотрела на меня иначе.

— Ты понравился мне. — я улыбнулась кончиками губ, вернувшись на мгновения в тот чудесный день. — И потом тоже. Но ты пугал меня.

— Ты вспоминала то, что не должна была. А я пытался остановить тебя. И Джерри Торнтон постарался на славу, вмешался совсем некстати. Но он выудил только то, что ты сама позволила. И снова все забыла. Ты жалеешь? Что теперь помнишь все?

— Немного. У меня мозг просто закипает.

— Я понимаю. Боялся, что ты сойдешь с ума, испугаешься и снова спрячешься в скорлупу. И еще… раз уж мы так откровенны….Знаешь, в те моменты, когда наступали твои "провалы" с моей легкой руки, ты иногда, казалось, приходила в себя, вспоминала меня и говорила страшные вещи. Да и потом. — он напряженно посмотрел на меня. — В последний раз.

— Блейк, я не считаю тебя паразитом и чудовищем. Я была напугана и ничего не понимала. Не знала, кому верить.

— А сейчас? — он коснулся моей щеки, и я прижалась губами к его ладони. Я могла бы солгать, но не хотела.

— И сейчас не знаю. Так сложно все переварить и разложить по полочкам. Я люблю тебя, Адам, но не уверена, что теперь мне достаточно одной любви. Я хочу знать правду. Всю правду. Знать, как далеко ты готов был зайти. И что случилось бы, завершись попытки твоих лабораторных гениев успехом. Если бы я так ничего и не вспомнила, то никогда бы не узнала, что наши дети готовятся перевернуть мир с ног на голову. И обратный случай. Зачатие не происходит, я бесполезна. Что ты сделал бы? И что ты уже сделал? Та девочка в комнате…. Адам…. - я села, прижимая к груди край одеяла. Я видела, как напряглось его лицо. — Ты создал мне замену? Нас теперь двое?

— Трое, Дез. — хрипло ответил Блейк. Он тоже сел и взял меня за плечи, пристально глядя в глаза. — Та девочка, не новая "Ева". Ее зовут Мария. Она наша дочь.

Слова, как и мысли, материальны — святая истина. Они способны создавать миры. Они же и рушат их. Убивают и разбивают в клочья. Иногда три слова могут ответить на сотни вопросов.

Как сейчас. Я смотрела на него с необъемлемым нарастающим ужасом в груди.

Не меня он спасал в искореженной машине. Я была беременна. Он защищал ребенка. Не меня, не меня. И в этот момент во мне восстала моя человеческая природа. Эмоции, и чувства клокотали внутри, вырывались наружу. Ярость, боль матери, вычеркнутой из жизни собственного ребенка только потому, что была неугодна. Неисправна. Обида женщины, которую снова предали. Глухой гнев, недоумении. Мы — одно, но все же такие разные. Как он мог так поступить со мной?

Я бросилась на него, едва ли отдавая отчет своим действиям, напрочь забыв о его ранении, ведомая только ослепившей меня яростью. Била его в грудь, по лицу, вцеплялась в волосы, стараясь причинить большую боль. Но возможно ли это? Большая боль, чем и испытали мы за наши бесконечные блуждания? Адам пытался удержать меня, но я впивалась зубами в его руки, когда он хотел перехватить мои запястья. Я видела, как он ищет взглядом мои глаза. Я знала, что он хочет сделать.

— Ты больше не сделаешь меня безвольной куклой. Ты солгал мне, солгал, когда сказал, что ничего не вышло. Ты отнял у меня дочь, которую мы зачали вместе. Ты позволил мне переспать с парнем, который мог убить меня или похитить. А мог вмешаться в любой момент. И еще смеешь сваливать вину на меня. "Ты влюбилась в него!" Как бы не так. Я просто хотела понять, что со мной не так. Почему я ни разу за пять лет не захотела построить нормальные отношения. Ты хоть на мгновение задумался, на краткий миг, что будет со мной, когда я вспомню, вспомню, кто мы друг другу. Мы с тобой. Ты наплевал на то, как я буду жить с этим дальше. — выдала на одном дыхании самое наболевшее, смело встретив проникающий тяжелый взгляд. И все же ему удалось. Божественный теплый свет лился из сияющих глаз, он успокаивал и сдерживал мой гнев, успокаивал, усыплял бдительность. Я застыла, устало опустив руки.

— Так же, как я живу с этим, Дез. — проговорил Адам, отпуская мое сознание. Но желание бушевать отпало. Я была опустошена и сломлена. Я молча наблюдала, как он одевается, не глядя на меня. Застегнув брюки, он обернулся.