— Ты хочешь сказать, что я должна умереть девственницей? — саркастическая улыбка раздвинула чувственные губы девушки, ослепительно блеснули губы. Адам нервно сглотнул. Разговор начал утомлять его и вызвать странное волнение в крови. Вот ведь чертовка. И в святом разбудит страсти.

— Это твое дело, Дез. Но ты должна думать о последствиях. И помнить об угрозе… злоупотребления или зависимости от той или иной дурной привычки.

— Занимать сексом — дурная привычка? — девушка рассмеялась. — Серьезно? И детей в пробирке делать — праведно? Да? Не претит божественному закону? Это глупость, Адам. Признай.

— Что ты хочешь, Дез? — устало проговорил Блейк.

— Я могу ходить на свидания с парнями, которые мне нравятся? — напрямик спросила Дезире. Она долго ждала ответа. Ее побледневший мудрый учитель впервые не нашел слов. И явно был зол на свою подопечную. И сильно смущен. И растерян.

— А их много? — наконец, выдавил он, запустив пятерню в свою темноволосую гриву.

— Нет. Один.

— Тогда — ладно. Поступай, как хочешь. Если тебе нужно… это.

Дезире снова удивила его. Взгляд ее потух, словно он только что нанес ей смертельную обиду.

— Так просто? — тихо спросила она. Он нервно пожал плечами.

— А что я должен сказать?

— А, если я не подумаю о последствиях? — глаза девушки воинственно сверкнули. — Или влюблюсь и пошлю тебя к черту со всеми твоими благими намерениями и пробирками?

— Ты этого не сделаешь! — уверенно заявил Блейк. — Не сможешь. Никогда. И точка. Истерика закончена?

— Она только началась! — Дезире упрямо насупилась и подбоченилась, расставив ноги. Адам нахмурился. Драться собралась? С кем? Из-за чего? — Хотя нет. — перемены в ее настроении не переставали сбивать его с толку. — Я воспользуюсь твоим благословением, и сейчас же отправлюсь на свидание. Позвоню Майклу и скажу, что согласна. На все!

— Скатертью дорожка. — усмехнулся он, сложив руки на груди. Дез схватила сумочку, и принялась искать в ней телефон. Адам снисходительно наблюдал да суетливыми движениями девушки. Потерял терпение только, когда маленькая разбушевавшаяся фурия действительно набрала номер какого-то Майкла и назначила свидание. Блейк выбил телефон из ее рук еще до того момента, как они окончательно договорились.

— Ты блефуешь, черт возьми. — рявкнул он, встряхнув девушку за плечи. Она не злилась. Наоборот, выглядела удовлетворенной. Добилась своего, вывела его из себя.

— Нет, Адам. Это ты блефуешь. Ты был уверен, что я не позвоню, иначе не разрешил бы мне. — бросила ему в лицо Дезире. И она была права.

— Ты опережаешь события, Дез. — отпустив ее, строго сказал Адам, справившись с приступом гнева. — Ты не умрешь девственницей, но сейчас слишком рано. Ты не готова. Остынь, справься со своими гормонами и эмоциями, а потом мы поговорим.

— Но я не хочу говорить. — прошептала она, понуро опустив плечи. — Прости, мне очень стыдно. Я хочу, чтобы ты воспринимал меня всерьез. Видел во мне не ребенка, а женщину. И все.

— А ты думаешь, что я не вижу? — Адам удивленно взглянул в растерянное лицо. — Мне сложно, потому что ты практически выросла на моих руках.

— Только не говори, что видишь во мне дочь…. - испуганно пролепетала девушка.

— Нет, не дочь. Но я не хочу причинить тебе боль. Не хочу, чтобы ты по наивности придумала себе что-то большее. Пойми, милая, хорошая моя — Адам взял ее лицо в ладони. Заглянул в большие озера глаз. — На нас лежит ответственность глобального масштаба. Мы не можем быть уязвимыми, не имеем права. Ты не должна относиться ко мне, как твоя мама относится к отцу. Мы выше, гораздо выше подобного проявления любви. Прости, что подвергаю тебя такому сложному испытанию. Но ты должна увидеть разницу между приземленными человеческими чувствами и бесконечной божественной любовью. И эта любовь распространяется не на одного человека. А на всех.

— Я понимаю. — слабо кивнула Дезире. Ресницы ее опустились, скрывая боль, застывшую в глазах.

— Правда?

— Да, Адам. Я не люблю тебя, точнее люблю, не больше, чем все человечество. Как ты мог подумать….

— Я рад, что мы поняли друг друга.

Удивительно, но именно этот странный, полный скрытых подтекстов, разговор переключил в разбушевавшемся переходном сознании Дезире Вильмонт нужный рычаг. Девушка успокоилась.

Все вернулось на круги своя.

Жизнерадостная, легкая и подвижная Дезире. Ласковая, улыбающаяся, искренняя. Веселая, открытая, излучающая внутренний свет. Гармоничная, неожиданно взрослая и рассудительная. Совершенная. Такая, какой и должна быть.

Адам Блейк тоже успокоился.

Они поняли друг друга. А как иначе?