— Сандра, что с компьютером?
— Сама не знаю, Джерри. Мой тоже погас. — ответила она. — Я связалась с программистами.
— И что?
— Сказали, что какой-то неизвестный вирус. Вся система полетела, данные жестких дисков потеряны и не подлежат восстановлению.
Новый рабочий день прошел без потрясений и странных разговоров с шефом. Кларк Винзор завершил свою миссию в "Технолоджи Бест" и покинул офис сразу после обеда, который планировал провести со мной…. Пришлось отказать светловолосому Адонису, чтобы не навлечь на себя гнев Адама Блейка. Но мы успели обменяться телефонами и договорились, что Кларк позвонит мне вечером. Я надеялась, что поездка в Бруклин не займет много времени, и я выкрою часик для свидания с красавцем аудитором.
Вышла из офиса ровно в шесть вечера и сразу поехала в район, в котором прошло мое детство. Во время движения по Бруклинскому мосту меня охватило странное чувство тревоги, даже захотелось повернуть обратно, но усилием воли заставила себя продолжить путь.
После выписки из больницы я провела в небольшой трехкомнатной квартирке в Бруклине ровно месяц, и, устроившись в "Технолоджи Бест", переехала на Манхеттен. После этого, я появилась дома только один раз, когда показывала квартиру жильцам — молодой паре без детей. Арендную плату квартиранты ежемесячно перечисляли на мой счет, и никакой надобности в личных встречах не было. Я не представляю, как объясню им свое появление. Я договорилась о встрече с подругой мамы — Ванессы Симмонз на семь вечера и изначально не собиралась наведаться в родительскую квартиру, и уже хотела проехать мимо знакомой улицы, как шестое чувство заставило меня свернуть в заветный переулок. И вот я уже стою у малоэтажного серого строения, а мой автомобиль отлично вписывается в шеренгу таких же убогих экономичных средств передвижения. Я захожу в распахнутую настежь дверь подъезда, но не иду к лифту. До третьего этажа можно добраться и пешочком, по заплеванной неубранной лесенке. Возле знакомой двери с облупившейся серой краской уверенность испарилась, и я замешкалась, не решаясь нажать на звонок. На меня накатили обрывочные воспоминания, размытые неясные образы, загадочное явление под названием "дежа вю"….. Вспотели ладони, и я нервно обернулась назад, услышав за спиной скрип открывающейся двери. На пороге соседней квартиры возникла женщина неопределенного возраста в мешковатом платье серого цвета и пучком желтых волос, с непрокрашенной сединой на висках. За тот месяц, который провела здесь после выписки, я ни разу ее не видела. Но женщина однозначно меня узнала. И явно не испытывала радости от встречи.
— Явилась. — пренебрежительно бросила соседка. — Я уж думала, ты совсем сгинула, ан нет, живая и невредимая.
— Мы знакомы? — вежливо спросила я, недоумевая, чем вызвана подобная неприязнь и хамский тон.
— А то. Не помнишь, что ли? Ну, конечно, куда нам смердам до штучки с Манхеттена. Стрижешь там купоны, пока мы здесь голодаем.
Я изумленно захлопала ресницами. Что я стригу? А на голодную эта бомбочка в балахоне совсем не похожа.
— Я вас чем-то обидела?
— Ой, какая она культурная. Видали! — подбоченившись, мадмуазель выплыла на площадку, прикрывая дверь в свою квартиру и пристально всматриваясь в мое лицо. — А это что за каракули на лице? Совсем того? — она покрутила пальцем у виска. — Модная значит.
Я прижалась к стене спиной, растерянно глядя на развязную бабу.
— Изменилась-то как. Чего, совсем беда? С головой?
— У меня амнезия, потеря памяти после аварии. — нервным голосом пояснила я.
— Ясно все. — кивнула дама. — Меня Марта зовут. Я тебя с пеленок помню. Родители у тебя хорошие были. Жалко их.
— А я? Какая я была?
— Отвратительная. — с чувством ответила Марта. — Кошку мою мучила. Нос от меня воротила, словно я куча дерьма какая.
— Не может быть…. - прошептала я изумленно.
— Может. — усмехнувшись, подтвердила женщина. — Ты мне один раз так и заявила, что я, мол… вспомнить бы… совершенно ограниченная личность. Какая-то пигалица восьми лет. Я аж обомлела. И ты постоянно таскалась за моей кошкой, которая потом ничего не ела и пряталась под кроватью. Я даже боялась ее выпустить на улицу, чтобы она на тебя не нарвалась. Бедная моя, любимая киска. — Марта горестно вздохнула. — Померла моя родная. Пять лет, как померла.
— Мне очень жаль.
— Жаль ей. Не ври уж. Ты же не помнишь ничего.
— Сэмми. — выдохнула я имя, которое неожиданно пришло на ум, а за ним всплыло воспоминание. Я четко увидела дымчатую кошку Саманту с умными желтыми глазами.
— Точно. — кивнула Марта. — Сэмми значит помнишь, а меня нет? — она подозрительно прищурила глаза.
— Вас не помню. — удрученно согласилась я. Почему?
— Почему?