И почему именно Дино Орсини и никто другой?

С первого взгляда, брошенного на него, я поняла, что он особенный, не похожий на других. Не потому, что Дино невероятно красив, и даже не его ненасытный темперамент и сумасшедший магнетизм, под который попадают все, кто его видят, тому виной. Когда я смотрю в его темные глаза, за которыми он скрывает все свои помыслы и истинные желания, я вижу нечто, отчего все мое тело покрывается мурашками. Я боюсь того, что прячут его выразительные почти черные глаза с длинными ресницами, но не могу отказаться. Я не удивлюсь, если узнаю, что Орсини языческое божество поедающие на завтрак человеческие жертвоприношения, или безумец, который время от времени душит женщин красным платком. Мои теории фантастические, но именно так я чувствую, находясь рядом. Каким бы нежным и ласковым любовником он ни был, Дино обладает мощной темной аурой, окружающей его, словно черные крылья падшего ангела. В нем есть тот стержень и сила, которая заставляет людей отводить глаза, когда он на них смотрит. И я тоже. Постоянно. На подсознательном уровне, я ощущаю исходящую от него опасность, и это еще больше будоражит мою кровь. Я хочу получить как можно больше, прежде, чем он оставит меня умирать.

Я смотрю со своего шезлонга, как Орсини неспешно бредет вдоль линии прибоя, разговаривая по телефону и пиная мелкую гальку. Его взлохмаченные волосы, загорелый торс и темно-синие шорты производят обманчивое впечатления. Издалека он кажется просто еще одним красивым высоким стройным парнем, каких тысячи и миллионы, но стоит заглянуть глубже, как приходит осознание. Дино Орсини такой один.

Я почти не дышу, наблюдая за ним, жадно ловлю каждое движение. Разве не то же самое произошло когда-то с Мари? С моей сестрой? Обладаем ли мы генетической склонностью к выбору мужчин, способных уничтожить нас? Или мы изначально слабые, подавляемые жертвы, которых сразу видят такие, как Джейсон Доминник и Дино Орсини. У меня есть живой пример трагичной одержимой любви. Мари и Джейсон, которых убила их больная любовь. Моя мать не пережила развода с отцом, сломалась и покончила с собой. Конечно, дело было не только в папе, и гибель дочери повлияла на нее, лишив почвы под ногами. Мы все пострадали, так или иначе, и неизвестно по чьей вине или прихоти. Но именно развод стал точкой отсчета для мамы.

Может быть, мы слишком сильно любим?

Но разве можно любить слабее? Не всем сердцем. Не отдавая душу? Мой разум постоянно кричит, что я должна бежать, уносить ноги от Орсини, но как это сделать? Я сама отдала ему ключи от своей души и сердца. Только он может вернуть их мне. Только он.

Четыре дня полные солнца, секса, страсти на мокрых простынях. Наш собственный рай, омытый волнами Черного моря, продуваемый теплым соленым ветром, наполненный чистым горным воздухом, от которого иногда кружится голова.

Дино дважды таскал меня в горы. Мы брали лодку и выплывали в открытое море, рыбачили и ныряли со снаряжением, летали на дельтаплане, танцевали на пляжной пенной дискотеке. Мы перепробовали всевозможные вина и рыбные блюда в местных кафе, катались на квадроциклах, и занимались сексом по десять часов в сутки способами, о которых я и понятия не имела, хотя уже три года, как распрощалась с невинностью. Но я так ничего и не узнала о Дино Орсини, кроме того, что он богат и не хочет, чтобы кто-то лез в его жизнь. Это обидно, учитывая то, что обо мне Орсини выспросил каждую мелочь, каждую потаенную мысль и желание, заставил исповедаться во всех моих смешных грехах, и поведать о мечтах и фантазиях. Ему нравится слушать, и он может часами молчать, глядя на меня, пока я несу всякую чушь, но то, как Дино смотрит на меня в эти моменты, разрывает мое сердце. Он не говорит, но я чувствую, он архивирует. Да, именно это он и делает – упаковывает воспоминания, сохраняя их на жесткий диск своей памяти. А если Дино пытается запомнить каждый момент, что мы провели вместе, это означает не только то, что он любит меня… Он прощается, знает, что никогда эти минуты, часы, эти восхитительные дни вместе не повторяться снова.

Дай мне шанс, – хочется мне закричать… Хотя бы один шанс. Пусти меня в свою крепость, приоткрой завесу, поделись со мной, расскажи, что за демоны держат в плену твой разум и твои чувства. Я не маленькая, меня не нужно защищать. Я смогу, я сумею. Но он молчит, и требует от меня говорить постоянно, каждую минуту, что я люблю его, что я счастлива. Мне приходится лукавить. Как я могу быть искренней, если знаю, что мы обречены?