‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍На пятый день я смирилась.

***

— Главы Совета так и не выходили на связь? — присев рядом с мужем на белоснежный песок, я устремляю взгляд на горизонт.

— И тебе доброе утро, — невесело усмехнувшись, он задевает меня плечом. — Ты можешь расслабиться хотя бы на сутки? У нас все-таки медовый месяц.

— Не могу, — честно отвечаю я. — И не смогу, пока не получу весомые доказательства, что жизни моей матери и брата ничего не угрожает.

— Моего слова тебе недостаточно? — вопросительный тон мужа не содержит ни обиды, ни недовольства. Он не из тех, кого можно легко задеть за живое и вывести из себя, но я все равно пытаюсь… и каждый раз безрезультатно.

— Не смеши, Дэрил. Твое слово ничего не стоит, — подняв с песка ракушку, с размаху запускаю ее в океан. — У тебя был свой план, которым ты не удосужился со мной поделиться. На протяжении нескольких месяцев ты играл и манипулировал мной исключительно в своих интересах. Ты многократно подставлял меня, не испытывая при этом ни малейшего дискомфорта. Тебе с самого начала было глубоко плевать на мои чувства. Твое задача состояла в другом — лишить меня этих самых чувств. Превратить в монстра, подобного тебе. Поздравляю, тебе удалось. Поэтому не проси меня расслабиться и насладиться нашим медовым месяцем. От слова «мед» меня изрядно тошнит, как и от тебя, мой нелюбимый муж.

— Мы бы не оказались здесь, действуй я иначе, — выслушав обличительные аргументы, невозмутимо произносит Дэрил. — Медея была бы жива, а Кронос по-прежнему бы планировал твое и мое убийство. Я спасал нас обоих.

— Ложь, — качнув головой, и набираю пригоршни песка в ладони и медленно пропускаю их сквозь пальцы. Оставаться внешне спокойной, когда внутри закипает вулкан эмоций, стоит мне титанических усилий. — Ты знал, что Антон в Улье, но молчал. Ты заставил меня поверить, что я умираю, когда Медея швырнула в меня чёртову трость с иглой. Ты позволил главам Совета провести церемонию, на которую я согласия не давала. Мне продолжить список или с тебя хватит?

— Так было нужно, — бескомпромиссно заявляет Дэрил, раззадоривая меня своей упертостью.

— Тебе? С этим сложно поспорить.

— Теперь все будет иначе.

— Да неужели? — скептически фыркнув, я поворачиваю голову и окидываю мужа уничижительным взглядом. — И почему же? Потому что мы новые король и королева Улья? Ты, правда, этого хочешь? Чтобы я стала такой, как она?

Нахмурившись, Дэрил отводит от моего лица прилипшую к губам прядь волос. Затем его пальцы мягко обхватывают мой подбородок, фиксируя на месте. Задумчивый проницательный взгляд смотрит прямо в душу, как обычно без усилий вскрывая все мои потаенные мысли.

Как же я ненавижу его за это.

Почему, черт подери, я не способна заблокировать разум от его бесцеремонных и точных атак?

Это нечестно, в конце концов, и противоречит произнесенным во время церемонии клятвам, которые явно подразумевали под собой абсолютное равенство и единение.

— Тебе не нужно становиться такой, как Медея, — улыбнувшись, Дэрил нежно и невесомо проводит подушечкой пальца по моей нижней губе. — Мы перешли на следующей уровень, где можем быть кем угодно. Теперь мы хозяева Улья, а это подразумевает определенную степень свободы.

— Неправда, — качнув головой, я невольно прохожусь взглядом по идеальному рельефному торсу.

За последние десять дней мы занимались разнообразным и разнузданным сексом столько раз, что я сбилась со счета, но это вовсе не сделало нас ближе. Скорее, наоборот. Отдавая без остатка ему свое тело, я все крепче запечатывала душу, которая, как выяснилось у меня все-таки есть. И она способна болеть так же сильно, как «просто мышца, перекачивающая кровь».

— Неправда, — повторяю я, отводя взор в сторону. Пустота в груди расширяется, стремясь приблизиться к бесконечной глубине бездны. — Мы не можем покинуть остров и обязаны соблюдать внутренние уставы Корпорации, служить их грандиозным целям, развлекать кучку богатых извращенцев, обрекать пчел и трутней на смерть.

— Ты бы предпочла погибнуть во время стрима? — в лазурных глазах появляется холодное жестокое выражение. — Или пожизненно застрять в камере на минус втором? Для этого тебе было достаточно убить меня или Медею, но ты смалодушничала, потому что хотела жить.

— Я должна увидеть маму и брата собственными глазами, — возвращаясь к изначальной теме, категорично настаиваю я.

— Это невозможно, пока мы не вернемся в Улей.

— Я готова вернуться хоть сейчас!

— Подобные решения принимает Совет, — бесстрастно отвечает Дэрил. — Наши полномочия вступят в полную силу только после завершения ежегодного шоу. Можешь считать, что мы проходим испытательный срок.

— Отлично, нас по-прежнему держат в ловушке, — зло отзываюсь я, вскакивая на ноги.