Напряжение, зародившееся еще в поездке в Оушенсайд, стало интенсивнее. Эти языки пламени, что раньше он только раздувал, начали бушевать. Трение внутри меня было топливом для растущего огня. Я закусила нижнюю губу, чтобы остановить крики. Я была почти уверена, что там, снаружи, были люди.

Нокс врывался вновь и вновь. Спереди, его пальцы на моем клиторе мастерски добавляли искры этому растущему пожару.

— Ох!

— Вот так. Я хочу, чтобы все услышали нас. — Он продолжал двигаться внутрь и наружу. — Когда мы выйдем отсюда, каждый будет знать точно, что мы сделали. — Его пальцы повторяли движения, которые я делала в машине. Волны, зародившиеся внутри меня, выдернули меня из тесного туалета, огней и даже из мира. Остались только мы и то, что он делал и говорил. — Они будут знать, что я трахнул тебя не как принцессу… — Он продолжал двигаться внутри. — …А как шлюху в общественном туалете. И каждый из них будет знать, что ты хотела этого. — Он шлепнул меня по заднице, жалящая боль растопляла постоянно растущее пекло. — Теперь, Чарли́, скажи это. Скажи, что хочешь этого.

— Да.

— Громче.

— Да, я хочу этого.

— Чего? Чего ты хочешь?

О Боже. Я уже почти…

— Тебя, — сказала я, тяжело дыша.

Он резко вышел из меня, оставив мои внутренности сжиматься от пустоты.

— Скажи мне, чего именно ты хочешь.

Я подалась телом назад.

— Тебя, пожалуйста. Внутри меня. — Моя сдержанность испарилась. — Черт возьми! Мудак, мне нужен твой член внутри меня! Сейчас!

Мои слова были вознаграждены глубоким смехом, когда он вошел глубже, растягивая меня, заполняя, двигаясь все быстрее и быстрее, нашел мою грудь и начал щипать твердые соски.

— О, да! — я закричала, когда мы упали глубже в туман мускуса.

— Я-я… — мои пальцы вцепились в раковину, а ноги застыли.

Нокс снова вышел из меня, развернул к себе лицом и поднял мое тело к себе. Прижимаясь спиной к холодной плитке, я обняла его за шею и обхватила ногами талию. Мы были, как две фиксирующих друг друга части головоломки. После того, как он полностью вошел в меня, я вскрикнула и сдалась самому землетрясному падению, которое я когда-либо испытывала. Я задыхалась, уткнувшись лицом в его шею. Древесный одеколон заполнил мое обоняние, звезды взорвались как фейерверк, искры медленно исчезали, пока мир вокруг меня не вернулся в фокус. С последним ударом рычание Нокса прогрохотало у моей голой груди и отскочило от стен туалета. Его массивные плечи опустились и прижали меня к стене.

Дерьмо! Наверняка, все слышали нас вплоть до бензоколонок.

Ласково, Нокс поцеловал мои губы и опустил ноги на пол. Я стояла на дрожащих ногах, пока он натягивал платье на мою грудь и дернул молнию вверх.

— Поправь платье, — сказал он с ухмылкой.

Он выбросил презерватив в туалет и повернулся ко мне. Задрав мой подбородок, он сказал: — Выходи отсюда с высоко поднятой головой, принцесса. Когда мы вернемся в «Дель Мар», ты получишь то, чего заслуживаешь.

Чего я заслуживаю… Эти слова звенели в моем сознании, пока Нокс припарковывал «Бокстер» под большим тентом и отдавал ключи Фергюсону.

— Добро пожаловать обратно, сэр и мисс.

Мне показалось, или он ухмылялся?

Когда мы шли по направлению к частному лифту, Нокс наклонился и прошептал:

— Ты принцесса, и я собираюсь показать тебе, как нужно вести себя с принцессами.

Я не думала об этом раньше, но никто, кроме моего настоящего отца, не называл меня принцессой в хорошем смысле. В то время, как мое тело болело от его последней демонстрации, это слово заставило мое сердце парить. Любопытство о его планах пульсировало во мне, стягивая мои внутренности, стирая болезненность.

Мы оба улыбались и вежливо разговаривали с Фредериком, пока ждали лифт. Это было так естественно, никто не знал, что я все еще была без трусиков, и мы только что занимались сексом в грязном общественном туалете. Хорошо, он не был грязным, но это был не пятизвездочный отель. Это была придорожная АЗС.

— Спасибо, Фредерик, — сказала я, когда мы зашли в лифт.

— Доброй ночи, — сказал Нокс, передав Фредерику чаевые из своего зажима для денег и нажав на кнопку закрытия для двери.

Я ухмыльнулась вежливому и не очень тонкому способу Нокса дать Фредерику знать, что мы не нуждались в его помощи, чтобы нажать одну кнопку.

— Доброй ночи, сэр, мисс.

Мы оба захихикали, когда дверь закрылась.

— У меня есть планы на тебя.

Его глубокий тон послал дрожь по моей коже.

— Планы? — спросила я своим самым невинным тоном.

Уголок губ Нокса двинулся вверх.

— Ах, принцесса, ты очень хорошо изображаешь этот взгляд лани-в-свете-фар. — Лифт пришел в движение. — Но я только что трахнул тебя в туалете на заправке. — Он толкнул меня к темной обшивке кабины, его губы накрыли мои, и его язык перехватил мое дыхание. — Твоя чертова невинность… этот поезд ушел.