- Сестра Рейчел сменила ее. - Его пальцы собрали мои волосы. - Но она не смогла расчесать и заплести твои волосы, ты уснула.

В моей груди образовался комок. Она сменила мою повязку, и я пропустила это.

- Я собираюсь поднять тебя с кровати.

Одеяло соскользнуло вниз, и холодный воздух проник в мое теплое царство, но прежде, чем я замерзла, руки Джейкоба прижались к моей спине и ногам. Я вздрогнула, когда он меня поднял. От меня исходила боль. Задержав дыхание, я ждала, что он опустит меня в больничное кресло, но он этого не сделал. Вместо этого, Джейкоб прижал меня к себе и без каких-либо усилий отошел от кровати. Я прижалась к нему, обняв руками за плечи, и положив голову ему на грудь. Моя щека прижималась к его мягкой рубашке, и я вдохнула запах кожи и мускуса. С каждым шагом щетина на его подбородке задевала мою макушку. На секунду, что-то всплыло в моей памяти, но также быстро и исчезло.

Очевидно, мы пересекли комнату, так как Джейкоб сказал:

- Мы в ванной. Сестра Рейчел сказала, что утром ты справилась отлично, хотя я не уверен в том, как много ты можешь сделать сама.

Я протянула руку и указала, в надежде, что он увидит ручки, которыми я пользовалась ранее. Он понял, потому что аккуратно поставил мою здоровую ногу на пол и направил мои руки к ручкам. При мысли о том, что нужно сделать, кровь прилила к моим щекам. Я быстро опустила подбородок, не желая, чтобы Джейкоб заметил мое смущение. Ведь он по-прежнему оставался для меня незнакомцем. Для него мы были женаты. Он, несомненно, много раз видел меня обнаженной.

Его большие руки прикоснулись к моим щекам и подняли мое лицо к своему. Хотя я не видела его, мы были очень близко друг к другу. Его теплое дыхание щекотало мой нос, его слова были нежными и ободряющими.

- Я оставлю тебя в покое для того, чтобы ты могла уединиться, но ты так дрожишь, что боюсь, можешь упасть.

Я слепо повернула свое лицо к ручкам. Я столкнулась с капельницей, которую он установил рядом. Я не понимала, насколько сильно дрожали мои руки и ноги.

- Позволь мне помочь, - предложил он и отпустил мое лицо.

Моя дрожь ослабла от его тона. Это звучало так, будто он спрашивал, а не сообщал. Кивнув в знак одобрения, я отпустила руки и сложила их на груди. Джейкоб медленно переместил руки на подол моей ночной рубашки. Он медленно двигал платье вверх, его пульс под моими руками возрастал. Когда рубашка была выше талии, я ощутила, как напряглось его тело.

Я опустила подбородок, не уверенная в выражении своего лица. Было слишком много мыслей, которые пытались укорениться. Недоумение и неуверенность закрутились со смущением, и все же они, казалось, были мне недосягаемы. Глубоко вздохнув, я сконцентрировалась на насущной задаче. Джейкоб и я соблюдали тишину. Он говорил только, чтобы предупредить меня о наших дальнейших действиях, и я оценила это. Каждое из них, независимо от того, как нежно он пытался все сделать, приносило мне боль. После его сигнала, я закусывала нижнюю губу и задерживала дыхание. Это не останавливало боль, но, по крайней мере, я не морщилась. К тому времени как он переместил меня в кровать, предательский привкус меди дал мне знать, что я неоднократно прокусила свою нижнюю губу.

Тяжелая тишина окружала нас, пока мы ждали мою еду. Звук шагов Джейкоба, и редкие вздохи, говорили мне, что он тоже боролся с вихрем мыслей, хотя я сомневалась в том, что мы думали об одном и том же. С каждой минутой, я обдумывала варианты. Мне хотелось есть, но я желала большего. Мне нужно больше, чем это. Мне нужно понять, что случилось в той аварии, а также то, что происходило сейчас.

Вопросы были не только в моем сознании. Они заполнили палату, кружась вокруг нас. Как безликие тени в моих снах они издевались надо мной и отказывались делиться знаниями. С течением времени, я ощущала себя все больше в ловушке – клаустрофобия – так, словно мне было нужно больше пространства.

Чем я обычно занималась для души?

Ответ на этот вопрос окатил меня потоком очищающего воздуха.

Я бегаю.

Странное чувство облегчения наполнило меня, когда я закрыла глаза и представила дорожки и тропинки. Это было реальным. Я не только увидела, как длинные лучи солнца танцуют на верхушках деревьев, я почувствовала тепло, когда сквозь меня проходили лучи света, и мои ноги ступали на землю. Я толкала свое тело, расширяя границы. Не задыхаясь в неизвестном мире, я задерживала дыхание, стабилизируя свой пульс, для того, чтобы обрести силы продолжать. Я никогда не сомневалась в своей способности продолжать. Движение получалось само собой. Вглядываясь за пределы леса, я заметила открытый луг, где холодный утренний туман обосновался возле земли. Вдыхая свежий воздух, я улыбнулась блестящей росе, которая переливалась, словно бриллианты в утреннем свете.