- Ты, и я не знаю, что еще, черт возьми. И не смогу. У меня нет моего гребаного телефона!

- Я не понимаю, - сказала я его спине и широким плечам, когда он снова повернулся к окну. На стене я увидела часы, пятнадцать минут второго.

Вытащив второй телефон, Дилан набрал несколько номеров и с отвращением повернулся ко мне.

- Чертовы линии перегружены.

- Дилан, что случилось?

Как только я задала свой вопрос, воздух наполнился пронзительными завываниями сирен; хотя они были приглушены стенами и окнами, они, казалось, доносились со всех сторон. На мгновение я взмолилась о том, чтобы они спешили к нам, и я могла бы быть спасена, но этого не произошло. Так же быстро, как и появились, сирены затихли, становясь все слабее с расстоянием. Я подошла к большому окну и увидела, как темное небо Мичигана, наполнилось красными и синими огнями, разносящими жар.

- Предполагаю, что у меня не получится вернуть свой телефон или автомобиль, - заявил Дилан, как ни в чем не бывало.

- Ч-что? - спросила я с недоверием. - Это Отца Габриэля...

Я не успела закончить, как Дилан повернулся ко мне.

- Возвращайся на кухню. Ты хотела ответов? Хорошо, Стелла Монтгомери, ты их получишь. Сядь на свое место и слушай.

Снова завыли сирены, только чтобы раствориться в общем хаосе, происходящем вдалеке. Не зная, какое отношение я имею ко всему этому и почему Дилан винит меня, я сделала, как он сказал, и пошла на кухню. Он последовал за мной.

Достав пиво из холодильника, он развернул стул, сел и уставился на меня. Как только я села, он сделал большой глоток пива и начал,

- Как я говорил, "Свет" больше, чем ты думаешь. Три кампуса, о которых говорил тебе твой муж, - каждый раз, когда он говорил "муж", он пытался акцентировать внимание на этом слове, - только часть всего. "Свет" везде. Речь идет не только о последователях в основных кампусах. "Свету" нужны последователи на полях, в тени, готовые сделать все возможное, чтобы нести свет во тьму. Эти последователи есть в правоохранительных органах, как я, например. Они в медицинской сфере. Они в каждой профессии на всей территории Соединенных Штатов и Канады. "Свет" выходит за эти границы, потому что только "Свет" может остановить тьму.

Мое сердцебиение ускорилось. Я никогда не видела Дилана таким. Его голубые глаза светились убеждением, но он не смотрел на меня, он видел то, чего я не видеть могла. В тот момент я не сомневалась, что он был частью этого.

- Зачем? Почему ты? Как долго?

Он покачал головой и сделал еще один большой глоток. Усмехнувшись, он ответил:

- Готов поспорить, у старого доброго муженька было куча работы с твоей страстью задавать вопросы. Он должно быть часто проходился ремнем по твоей заднице? А я помню, какая у тебя отличная задница.

Я стиснула зубы.

- Отец Габриэль действительно твой дядя?

Он кивнул.

- Сводный брат моей матери.

- И твои родители умерли?

- Они были частью этого. Они умерли, работая в тени ради "Света".

- Значит, он забрал тебя к себе?

- Как я и говорил, я жил со своими бабушкой и дедушкой. Но мы с Габриэлем всегда были близки. У него никогда не было детей. - Дилан пожал плечами и приподнял бровь. - Ни одного, которому бы он позволил родиться. Он всегда хотел, чтобы я работал с ним, я отказывался связываться со всем этим дерьмом, которым ты бредила. Я предпочел остаться в тени.

- А эти невесты, ты когда-нибудь...? - Я не была уверена, что хочу слышать его ответ.

- Нет, черт возьми! Они принадлежат или принадлежали ему. Они просто знали, что я мужчина высокого ранга. Это дает мне неограниченную власть. Я же сказал, что никогда не занимался этим дерьмом. Но до сих пор я никогда не останавливал его.

- До сих пор?

- Илайя. Я застрелил его. Я отдал приказ не трогать тебя. - Дилан пожал плечами и небрежно склонил голову набок. - Он ослушался. Когда дело доходит до "Восточного Сияния", будучи племянником Габриэля, я обладаю своей долей власти. Ты сказала это сама сегодня вечером, непослушание не вариант.

- Те женщины... ты сказал были... - Я проглотила ком в горле. - Они мертвы?

- Разве ты не видела огонь? Разве ты не почувствовала взрыв? - спросил он. - В том доме никто не выжил.

- Почему?

- Черт, Стелла, ты утратила свою способность понимать? Я же говорил тебе. Все началось из-за тебя и того факта, что Томас Хатчинсон был в неведении и угрожал. Всегда был запасной план. Свидетели слишком опасны.

О, Боже!

Из-за меня?

- Кул-Эйд? - прошептала я.

- Только в "Восточном Сиянии". Дядя был уверен, что другие кампусы слишком хорошо спрятаны.

Слава Богу!

Никакого Кул-Эйда в "Северном Сиянии".