– Дорогая, как долго ты пробудешь в Калифорнии?

Я покачала головой, хотя знала, что она этого не видит.

– Не уверена. Это зависит от Челси.

И Нокса. Но я не сказала последнюю часть.

– Твоего отца не будет в городе всю следующую неделю. Пожалуйста, приезжай сюда, прежде чем ехать в Нью-Йорк.

Я закрыла глаза и прикусила язык, сдерживаясь от того, чтобы поправить ее титул Алтона.

– Где же он будет?

– О, я не уверена, Нью-Йорк, Сиэтл, где-нибудь.

Брак, заключенный на небесах.

– Ты не уверена, где он, но ты знаешь, что он будет держаться подальше?

– Александрия, Алтон не враг. Это не так. Он воспитывал тебя с самого детства. Я бы хотела, чтобы вы двое поладили.

Медь покрыла мои вкусовые рецепторы, когда я сильнее прикусила губу, пронзая ту с неконтролируемой силой.

– Ты больна? – спросила я. – Брайс так сказал.

– Не в общепринятом смысле этого слова. Я в отчаянии. Мне нужно поговорить с тобой, объяснить. Если так будет лучше без твоего отца, тогда я прошу тебя вернуться и позволить мне сделать это.

– Встретимся в Нью-Йорке.

Тишина.

– Мама, встретимся в Нью-Йорке. Давай я покажу тебе Колумбию. Мы можем поужинать с Патриком и... – я задумалась, стоит ли упоминать Нокса. – ...и мы можем обсудить то, что ты хочешь.

– Я... я не часто путешествую без твоего отца.

– Он все время путешествует без тебя. Сделай это, и мы сможем поговорить.

Я ждала, пока воцарилась тишина. Я даже посмотрела на телефон, чтобы убедиться, что он не отключился.

– Он даже не знает, что я звонила. Вот почему я воспользовалась телефоном Джейн.

На этот раз настала моя очередь молчать.

– Александрия, Брайс любит тебя. Всегда любил. Он бы не... это было бы не так…

– Мама...

– Я сделаю это. Я буду в Нью-Йорке в воскресенье. Я закажу столик на Манхэттене. Я не могу остаться надолго. Но, дорогая, Брайс нуждается в тебе так же, как и ты в нем. Пожалуйста, выслушай меня и позволь объяснить.

Мне не нужен Брайс. Что заставило ее так думать?

– Воскресенье. Дай мне знать, и я встречу тебя в аэропорту.

– Чушь. Я найму водителя. – Конечно, наймет. Черт, я бы, наверное, подобрала ее с водителем. – Я дам тебе знать, когда приеду.

– Спасибо, мама. Если ты придешь ко мне, я выслушаю.

Я не могу гарантировать, что сделаю то, что она хочет, но выслушаю.

– Феникс.

– Прости?

– Он не в Нью-Йорке. Я только что просмотрела его маршрут. Твой отец сейчас в Фениксе.

Где угодно. По крайней мере, Алтон не в Нью-Йорке.

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть.

– Мне нужно идти. Кто-то стучит.

– Будь осторожна, дорогая. Увидимся через несколько дней.

– Пожалуйста, передай Джейн привет от меня.

– Передам...

Ее слова затихли, когда я посмотрела в глазок. В поле зрения появились светлые волосы и румяное лицо. Если бы он был на сорок лет старше, то выглядел бы как человек, которого моя мать постоянно называла отцом. Я не могла вспомнить отца Брайса или даже как выглядел Марсель Спенсер, но по покрасневшим щекам и шее Брайса я поняла, что человек за дверью был чем-то рассержен.

Черт! Я не могу впустить Брайса Спенсера в номер Нокса.

Глава 25

Девятнадцать лет назад

Аделаида

Мама сжала мою руку, ее обычная маска Монтегю исчезла, когда ее улыбка осветила мое лицо. Вот вам и обратная психология. Но было поздно. Она не сможет повлиять на отца. Решение принято.

– Аделаида, – сказал Алтон величественно, шагнув вперед и поцеловав меня в щеку.

Я попыталась вспомнить терапию доктора Сэмса. Я пыталась охватить этот момент не только глазами, но и всеми своими чувствами. Вдохнув, я решила, что от моего будущего мужа будет веять ароматом дорогого табака и виски. Я узнала виски. Он был из частной коллекции моего отца. Без сомнения, пока моя мать успокаивала мои нервы вином из частного запаса "Поместья Монтегю", Чарльз и Алтон пересеклись тет-а-тет и расставляли точки над "и" в своем соглашении, пока тёк виски.

Я улыбнулась, изображая восторг от того, что все в комнате знали о деловой сделке.

Моих чувств.

Голос доктора Сэмса звучал на треке, который слышала только я.

– Не забудь про зрение. Второй по важности запах. Наши обонятельные чувства вызывают самые глубокие воспоминания, но зрение создает картинку. Посмотри на своего любовника, дюйм за дюймом. Оцени красоту человеческого тела.