Гарри опустил на мгновение взгляд, прежде чем снова поднять свои ярко-голубые глаза на специального агента. - Если вы решите оставить это дело за пределами нашего офиса и если это возможно, я хотел бы официально вернуться к этому делу.

Специальный агент Уильямс ничего не ответил, вместо этого он кивнул. Это не было обещанием, но и не было отказом. Это было искрой, которая зажгла в Гарри желание поделиться своими исследованиями и интуитивными выводами. Гарри начал с подробного описания деталей признания Тони: как тот заявил, что заплатил кому-то за выведение из строя самолёта Саймона.

- Роулингс не рассказал, как всё должно было сработать, кроме того, что он вышел на контакт с кем-то, кто взял деньги и пообещал результат. Через несколько недель самолёт Саймона упал. Для Роулингса сделка была завершена. Довольно самовлюбленно со стороны Роулингса полагать, что он обладал такой силой, но я думаю, что это неудивительно. Что беспокоит меня — это окончательная экспертиза самолёта, проведённая Министерством безопасности транспорта.

Уильямс поднял брови, ожидая пояснений.

- Экспертиза МБТ не выявила вмешательства.

- Почему это не обсуждалось раньше?

- Я не заявлял об этом... - признал Гарри, - ... потому что хотел увидеть, как его задница сгниет в тюрьме за то, что он сделал. Мне было всё равно, была причина или нет. Этот человек заплатил за порчу самолета моего лучшего друга. Саймон Джонсон был не только моим другом, но и женихом моей сестры. Он был хорошим человеком и не заслуживал, чтобы с ним покончили только из-за того, что он хотел закрыть одну страницу своей жизни и начать новую. Я также ненавидел Роулингса из-за того, что он сделал Клэр. Так что, даже видя несоответствия, я был рад его признаниям.

- Что же изменилось?

- В своей жизни я натворил немало глупостей. Я изменял своим принципам, но это всегда случалось ради Бюро. Я отказался от права на свою дочь и сказал Илоне и самому себе, что это ради их безопасности. Я отказался от отношений с Лиз и кем-либо ещё, потому что я никогда не знал, куда приведет мое следующее задание и вернусь ли я домой. И тоже я говорил, что это ради неё. Я не хотел, чтобы она была в одиночестве месяцами или годами. Хотя все это правда, это не полная правда. Предположу, что Вы знаете, о чём я.

Специальный агент кивнул. - Да, сынок, в день, когда мы даём эту клятву, мы все женимся, а ФБР — это стерва-жена. Она требует всего тебя.

Губы Гарри вытянулись в прямую линию. Его характерная усмешка и прищур голубых глаз сменились серьёзным выражением. - Согласен. ФБР - это моя вторая половина, и я не могу игнорировать, что бюро занялось чистой местью. Я решил посвятить свою жизнь поддержке законности в этой стране. И больше того, я верил в ту клятву, которую дал годами ранее. Это не значит, что я не нарушил её — фигурально и буквально, - добавил он, приподняв уголки губ, - но я не могу сидеть сложа руки и смотреть, как человек берет на себя вину за преступление, которого он не совершал. Не поймите меня неправильно — Роулингс виновен. Он нанял кого-то, чтобы лишить Саймона Джонсона жизни, что является заговором с целью совершения убийства. Но в данном случае это только сговор. Смерть Саймона произошла не от того, что повредили самолёт. По моему мнению, его смерть произошла из-за передозировки или отравления. Я не уверен.

Брови специального агента Уильямса сдвинулись, - Ты не уверен. Ты выдал всю эту историю и закончил тем, что не уверен?

- Я не знаю, было ли это случайно или преднамеренно. Не думаю, что Саймон намеренно принял лекарство, на которое у него была аллергия. Может, это было в составе другого лекарства? Я не знаю.

- О чём ты говоришь?

- Хотя тело Саймона было полностью обгоревшим, я заказал экспертизу останков тканей. - Когда выражение спецагента изменилось, Гарри добавил, - Когда ещё был в деле. Результаты пришлось подождать некоторое время. Если честно, я ожидал, что найдут следы воронца толстоножкового. Даже больше, я хотел, чтобы его нашли. Тогда я бы подтвердил причастность Роулингса.

- Меня предупредили бы, если бы его нашли.

- Вас не предупредили, потому что его не нашли, - признал Гарри.

- И что же ты нашел?

- Единственно странным показателем был дифенгидрамин на высоком пределе.

- На высоком пределе? Что это значит?

- В останках было 17,5 микрограмм на литр дифенгидрамина. Летальная доза — выше 19,5 мг/л. Доза Саймона была высокой, но не выходила за пределы нормального диапазона.

- Почему это стоит моего времени или времени бюро?

- Потому что, сэр, по словам матери Саймона, у него была повышенная чувствительность к этому препарату.

- Бенадрил! – сказал Уильямс.