Он попытался выразить, как сильно хочет получить ее, как сильно старается. Он также хотел, чтобы она знала, что он взял на себя ответственность за то, что сделал. Он сознался и принял свою судьбу. Тони никогда не станет обременять ее рассказами о том, как трудно приходится в Янктоне. В конце концов, она никогда не рассказывала ему о своем пребывании в тюрьме. Они оба страдали. Разница заключалась в том, что виноват был только Тони. Он больше не будет причинять ей боль. Он не мог.

Клэр покачала головой и стала оправдываться. Она не сказала ничего такого, о чем бы он уже не подумал. Слушая, он понял, что она делает то, чему он ее учил, то, что когда-то требовал от нее. Она отталкивала свои воспоминания и страхи, чтобы позаботиться о нем. Он больше не мог этого допустить. Клэр нужно было взглянуть в лицо их прошлому и признать, что у них не может быть будущего - только не вместе. Это никогда не будет здоровым. Он причинил слишком много вреда.

- Я все помню, - возразила она. - Это ты всегда говорил, что прошлое - это прошлое, а думать надо о настоящем или будущем.

- Я ошибся. Ты должна смотреть правде в глаза, и я тоже. Во всех этих дискуссиях на острове мы никогда не говорили о вещах, описанных в книге Мередит...

Слезы покрыли ее щеки, когда Клэр перебила, - Потому что мы оба были там. Во время наших бесед в раю ты рассказал мне то, чего я никак не могла знать. Я знаю, что произошло между нами. Я также знаю, что это было очень давно, и все кончено. Я не хочу пересказывать все заново. Я хочу будущего.

Он изобразил улыбку. Он тоже хотел иметь будущее - для нее.

- Я тоже этого хочу для тебя. Я хочу, чтобы у тебя было будущее, свободное от всего нашего прошлого. Вот почему я построил тебе новый дом без воспоминаний, и Клэр, вот почему Брент готов подать на развод.

Она не ответила, так как выражение ее лица потеряло всякое понимание. Он ждал, гадая, о чем она думает. Ее глаза не говорили ему того, что он должен был знать. Он тосковал по огню за зеленью. Наконец Тони спросил: - Ты меня слышишь? Я больше не буду причинять тебе боль, и Эмили тоже. Ты заслуживаешь свежего воздуха и свободы. Никто никогда не сможет контролировать тебя. Помимо денег, которые ты все еще вложила за границей, я даю поместье, приличное содержание и алименты на ребенка. С богатством ты можешь делать все, о чем только мечтала. Ты будешь контролировать свое будущее и будущее Николь. Я ни за что не буду с тобой бороться.

Он застенчиво добавил.

- Я очень надеюсь, что ты позволишь мне видеть нашу дочь, но я пойму, если ты этого не сделаешь.

Судья сказал, что он представляет опасность для Николь. Чувствовала ли Клэр то же самое?

- Я думаю, мы уже все продумали относительно этого дома, но если есть что-то еще, что ты хочешь или нуждаешься, это твое. Ты можешь получить все, что захочешь.

Ее голос дрогнул.

- Ты не хочешь м-меня?

Ничто не может быть дальше от истины. Он хотел ее. Когда он вернулся в Янктон, в кабинет Джима, все это приобрело гораздо больший смысл. Тони нужно было, чтобы Клэр поняла, что это не она, а он. Он поднял ее руку и поцеловал в макушку.

- Никогда так не думай. Никого и никогда я не хотел так, как тебя.- Я не понимаю, о чем ты говоришь.

- Причина, по которой судья не отменил запретительный ордер и не позволил мне встретиться с тобой, заключалась в том, что, когда судья спросил меня, были ли заявления в книге Мередит правильными, я сказал ему "да". Я во всем признался. Он решил, что я представляю опасность для тебя и Николь.

- Это просто смешно. Ты никогда не причинил бы и никогда не причинишь вреда Николь. Очевидно, мы теперь вместе, так что вся эта юридическая драма закончилась. - Ее голос дрогнул, когда она спросила, - Почему ты бросаешь меня сейчас?

Тони стоял и смотрел на деревья, сражаясь с надвигающимся красным. Клэр не могла ясно мыслить, это была его обусловленность, а не ее истинные эмоции. Глубоко вздохнув, он вспомнил слова Джима. На это потребуется время, но в конце концов она все поймет. Тони повторил:

- Я тебя не бросаю! Я освобождаю тебя.

Боль в ее голосе разбила ему сердце. С каждым словом крошился еще один кусочек. Она плакала и говорила ему, что ей очень жаль. Просила прощенья, что сошла с ума. Извинялась, что не следовала его правилам. Просила прощенья, что разочаровала его. Он не мог позволить ей так себя чувствовать. Это было похоже на то слово, которое она использовала в книге. Она никогда не была виновата, во всем виноват он. Он был единственным, кто сожалел об этом.

Тони опустился на колени перед любовью всей своей жизни и нежно коснулся ее подбородка.