Избранные засыпают меня вопросами, но я не могу ответить прямо сейчас. Я знаю, что если я хоть немного отвлекусь от фигуры, выступающей из пелены теней, то пожалею об этом.

Адриэль подходит и откидывает капюшон. Он мило улыбается мне, глаза сияют. Он великолепен, как и все ламии, и все же его внешность совершенно уникальна. Волосы стильно уложены, как будто он только что вышел из салона красоты, ни один волосок не выбивается из укладки. Цвет волос необычный – темно-коричневый, переходящий в красный, мне это напоминает кровь, смешанную с плодородной почвой. У него короткая, аккуратно подстриженная бородка, и все лицо щедро усыпано веснушками. Но больше всего его отличает от других странный оттенок золотисто-красных глаз. Они светятся, как у кошки, и это сияние, кажется, угрожает поглотить и никогда не отпускать. На нем темно-синий костюм, ловко сидящий на худощавом мускулистом теле, а накрахмаленная белая рубашка с небрежно расстегнутым воротом безуспешно пытается придать ему менее угрожающий вид.

Он делает еще один шаг вперед, и я крепче сжимаю оружие.

– Все прошло по плану? – спрашивает Адриэль; его взгляд прикован ко мне, и я в замешательстве поднимаю брови.

– Да, я сделал все, как вы сказали, – отвечает Сиа, и я пытаюсь побороть панику, которая начинает подниматься во мне от его слов.

– Кто-нибудь из ее друзей что-то заподозрил?

– Нет, – качает головой Сиа. – Я оказал должное сопротивление паладину, который схватил меня, и остальное очень легко встало на свои места. Она добровольно пожертвовала собой ради своей семьи, как вы и предполагали.

– Типичный Страж, – усмехается Адриэль. – Все время строят из себя героев.

Сиа и Адриэль усмехаются одновременно, и меня охватывает негодование.

– Сорик и его охотники там, ждут моего звонка, чтобы расправиться с остальными, – небрежно сообщает Сиа, как будто они разговаривают о погоде, а не о том, что собираются убить тех, кого я люблю.

– Бегите! – мысленно кричу своим Избранным, вкладывая в это слово всю силу ужаса и настойчивости, на какую только способна.

– Ты ублюдок, – кричу я и бросаюсь к Сиа.

Он мгновенно ускользает, и я едва успеваю коснуться его длинным мечом. Смех Адриэля танцует вокруг моей атаки, как торнадо, и я наполняю магией руки и ноги, требуя, чтобы они двигались быстрее, – мне нужно поспевать за скоростью Сиа. Он рычит на меня. Я убираю мечи и призываю метательные ножи, направляя клинок за клинком в каждое замеченное мною движение.

Теперь я такая же быстрая, как Сиа, ярость бушует во мне, требуя крови за его предательство. Ламии высыпают из руин, как муравьи из муравейника, и я стараюсь сдержать их. Посылаю в них импульсы Боевой магии и магии Стража, довольно улыбаюсь, когда ламии загораются и на моих глазах превращаются в пепел.

Сиа пытается обойти меня сзади. Я оборачиваюсь, чтобы удержать его в поле зрения, одновременно посылая волны магии, защищая спину.

Смех и рычание разжигают мои чувства, и я не отрываю взгляда от гребаного предателя, ожидая возможности нанести смертельный удар. Он движется предсказуемо, и я знаю, что через мгновение мой кинжал будет в его сердце. Внутри меня закипает удовлетворение от осознания того, что после того, как кинжал вонзится в грудь Сиа, я отрублю ему голову. Завожу руку назад для атаки, и вдруг что-то защелкивается у меня на шее. Следующее, что я осознаю, – как мое горло разрывается от криков, а тело горит изнутри. Перед глазами все сужается, я превращаюсь в сплошную боль и молю, чтобы надвигающаяся темнота поглотила меня.

– А вот и моя любимица, – шепчет мне на ухо низкий голос. – Теперь ты моя.

Нежные пальцы гладят мой лоб, убирая волосы с лица. Я пытаюсь принять это успокаивающее прикосновение, но оно слишком быстро исчезает, и из моего горла вырывается сдавленный стон протеста. Поднимаю слабую руку, чтобы дотронуться до источника боли, но моя ладонь натыкается на металл, и жестокая реальность ударяет меня в грудь. Мои глаза резко открываются, и я, морщась, пытаюсь сесть.

– Пей медленно, – приказывает чей-то голос, и к моим губам подносят стакан.

Смотрю в холодные, как лед, голубые глаза, и мне приходится сморгнуть ненависть, которая начинает загораться в моих собственных.

Прижимаюсь губами к краю металлического стакана, и что-то мелькает в глазах Сиа – мелькает так быстро, что я не успеваю определить, что именно.

– Это поможет тебе исцелиться, – мягко говорит он, но я знаю, что мне не стоит поддаваться. – Адриэль думает, что после того, что ошейник сделал с тобой, ты будешь истощена в течение нескольких недель. Если ты выпьешь, это поможет тебе быстрее восстановиться. – Он делает еще одну попытку, сильнее прижимая стакан к моему рту.