Замок, увиденный впервые, надежда, что все наладится. Ночь, когда она увидела, как он играет. Первый поцелуй в темноте, ее первый раз под дождем.

И он знал.

Он подумает, что она травмированная и ненормальная. И она снова останется совсем одна. Тот, к кому она привязалась, сама того не осознавая, отвергнет ее за то, какой она была.

Все это стало невыносимо.

Чернота начала одолевать.

У нее вырвался всхлип.

Внезапно она оказалась на спине, на миг уставилась на потолочные балки, и в поле ее зрения появились серебристые глаза, отчаянно глядевшие на нее. Большая ладонь опустилась между ее грудей прямо поверх колотящегося сердца. Он пригвоздил ее к месту, упершись второй рукой в матрас рядом с ней.

– Успокойся, черт возьми, – велел Вад своим низким голосом, давя ей на грудь. – Корвина, посмотри на меня. Сделай глубокий вдох.

Она послушалась, жадно хватая ртом воздух и чувствуя, что голова готова лопнуть от боли.

Вад убрал руку и отодвинулся, затем подхватил ее и приподнял выше, чтобы она легла головой на подушку. Он снова опустил ладонь ей на грудь, сильную, теплую, ощутимую, и тяжесть внутри нее немного ослабла.

Присев возле ее бедра, Вад рукой смахнул волосы с ее лица и провел ей вдоль челюсти, погладив большим пальцем сережку в носу. Было приятно, так приятно, что она хотела затеряться в его постели и никогда из нее не вылезать.

Перед глазами показалась бутылка с водой, когда он заставил ее отпить немного и снова опустил ее голову на подушку, продолжая ласково прикасаться к ней с такой заботой, какую она не знала никогда прежде.

– Было ошибкой заставлять тебя говорить об этом прямо сейчас, – сказал Вад, легонько гладя ее пальцами по щеке. – Ты не готова.

– Ты уже знаешь, – прошептала она, не поднимая взгляда выше его шеи.

– Только факты, – сказал он. – Я хочу узнать твою историю. Но позже.

– Как ты узнал? – Корвина набрала полные легкие воздуха. – Это конфиденциальная информация.

Он погладил ее пальцем по щеке.

– У меня свои методы.

Как загадочно.

С этими словами Вад встал и поднял с пола листок, который держал в руке. Видимо, уронил его, когда ринулся к ней. Положив бумагу возле прикроватной лампы, он мягко коснулся губами сережки в носу Корвины.

– Нашел это на крыше.

Не сказав больше ни слова, он снял пиджак и бросил его на спинку стула. Затем открыл шкаф возле книжного стеллажа и, взяв оттуда небольшую сумку, закинул ее на плечо.

– Я немного поработаю, – сказал он, направившись к двери. – Отдыхай. Не пытайся сбежать. Поговорим, когда вернусь.

Корвина увидела, как он щелкнул выключателем на стене, оставив гореть только лампу. Распахнул тяжелую дверь, вышел и захлопнул ее за собой, оставив Корвину одну комнате в окружении его вещей и запаха.

Она опустила голову обратно на подушку, и ее накрыла волна усталости. Корвина повернулась на бок лицом к тумбочке, не успев закрыть глаза, и взяла в руки сложенный лист бумаги. Она застыла в нерешительности, размышляя, почему эта записка оказалась на крыше, затем развернула ее и прочла два слова, выведенные печатными буквами синими чернилами.

DANSE MACABRE.

Что за черт?

Корвина

Корвина проснулась, почувствовав, как чья-то рука обнимает ее за талию.

Моргнула и открыла сонные глаза, лежа на незнакомой подушке и не понимая, где находится. На потолке в ее комнате были деревянные балки. Куда подевались деревянные балки? А люстра? С каких пор у них в комнате есть люстра? И почему утренний свет струится с левой стороны, а не с правой?

Пока мозг пытался осмыслить новую информацию, она осознала, что рядом лежит твердое теплое тело, а поперек живота – мускулистая рука, прижавшая ее к кровати. Корвина пробежалась взглядом по заметным мышцам и поросли черных волос. Она узнала это предплечье, ведь нередко представляла его в своих фантазиях во время занятий, когда он опирался на стол рукой с задранным до локтя рукавом рубашки.

Сердце заколотилось в груди, она повернула голову набок и увидела привлекательное лицо мужчины, который каким-то образом сумел запасть ей в душу. Он был напряжен даже во сне, лежа в одних спортивных штанах черного цвета и с растрепанными волосами. Корвина обвела взглядом его лицо, его полные губы, выразительные глаза, скрытые веками, а затем глянула в окно на серое небо, ознаменовавшее ранее утро.

Она проспала в его постели всю ночь.

Даже не помнила, как провалилась в сон от усталости. Но она еще ни разу не спала так хорошо за все время, что провела в замке. Не представляла, когда пришел Вад и решил лечь рядом с ней, не понимала, зачем ему было спать рядом, тем более, если он знал про нее. Корвина почувствовала, как в горле встал ком.