– Ты и правда собираешься подойти к ним?

Рид отодвигает свой стул.

– Конечно. Детка, я не позволю ему причинить вред кому-то еще. – Он встает. – Жди здесь. Я обо всем позабочусь.

Я быстро вскакиваю на ноги.

– Ха, я иду с тобой. Знаем мы, как ты умеешь «позаботиться». Нет уж, я не дам тебе устроить сцену в роскошном ресторане!

– Кто сказал, что я собираюсь устраивать сцену? – возражает он.

– Напомнить тебе, что было в школе в понедельник?

– Напомнить тебе, кто все это начал, вытащив Джордан за волосы?

Тут он меня подловил. Мы улыбаемся друг другу, но наше веселье испаряется, когда мы одновременно поворачиваемся и шагаем через зал.

Дэниел уже заметил нас и помрачнел. Кэссиди сидит к нам спиной, но начинает нервно шептать что-то, увидев вспыхнувшую в его глазах ненависть.

– Добрый вечер, – нараспев говорит Рид.

– Чего тебе, Ройал? – сердито бормочет Дэниел.

– Да просто хочу перекинуться парой слов с твоей спутницей.

– Со мной? – повернув темноволосую голову к Риду, пищит Кэссиди.

– Кэссиди, верно? – непринужденно спрашивает он. – Я – Рид. Мы с твоим братом вместе играем в футбол.

У девятиклассницы такой вид, как будто она сейчас упадет в обморок, потому что Рид знает ее имя. Дэниел замечает ее благоговейный трепет, и его рот кривится в злобном оскале.

– Да, – выдыхает Кэссиди. – Я знаю тебя. Я хожу на все игры Чака.

Рид кивает.

– Круто! Спасибо, что поддерживаешь нашу команду.

– Не хочу показаться грубым, – холодно произносит Дэниел, – но у нас, вообще-то, свидание.

– Не хочу показаться грубым, – передразнивает его Рид, глядя своими голубыми глазами на Кэссиди, – но твой спутник, Кэсс, – насильник.

Она ахает.

– Ч-что?

– Ройал! – рычит Дэниел.

Рид не обращает на него внимания.

– Понимаю, по его красивой внешности и костюму за тысячу долларов этого и не скажешь, – говорит он Кэссиди, – но парень – настоящий подонок.

На ее щеках выступают красные пятна. Она смотрит на Дэниела и опять – на Рида.

– Я не понимаю.

В разговор вмешиваюсь я и тихо говорю:

– На одной из вечеринок он добавил мне в воду экстази. И изнасиловал бы, если бы мой парень, – я показываю на Рида, – не появился вовремя и не помешал ему.

Кэссиди несколько раз сглатывает.

– О боже!

– Мы можем отвезти тебя домой, – ненавязчиво предлагает Рид. – Хочешь?

Она смотрит на Дэниела, чье лицо стало красным как помидор. Его сжатые кулаки лежат на льняной скатерти, и он в секунде от того, чтобы броситься на Рида.

– Ты слишком хороша для него, – говорю я девчонке. – Пожалуйста, давай мы отвезем тебя домой.

Кэссиди на мгновение затихает. Просто сидит и таращится на Дэниела.

Люди тоже смотрят, не сводя с нас любопытных глаз, хотя мы ни разу не повысили голос.

Наконец Кэссиди отодвигает свой стул и встает.

– Я бы с радостью поехала домой, – шепчет она, чопорно расправляя подол своего платья с цветочным узором.

– Кэссиди, – шипит оскорбленный Дэниел. – Какого черта?

Она даже не смотрит на него, а молча подходит ко мне, и мы втроем выходим из зала. Когда мы останавливаемся, чтобы Рид сунул три хрустящих стодолларовых купюры хостес, я зачем-то оборачиваюсь на Дэниела.

Он все еще сидит за столом, замерев, словно статуя, его рот напоминает тонкую линию. Оскорбленное выражение лица сменилось разъяренным. Мы не встречаемся взглядами, потому что он даже не смотрит в мою сторону. Его глаза впились в Рида с такой нескрываемой злобой, что по моей спине пробегает холодок.

Сглотнув, я отворачиваюсь и иду вслед за Ридом и Кэссиди к выходу.

– Мне скучно. Развлеките меня.

Мы с Ридом мгновенно отстраняемся друг от друга, тяжело дыша, как раз в тот момент, когда в мою комнату без стука входит Истон. Здорово. Я так рада, что попросила Каллума убрать сканер с моей двери! Рид убедил меня, что сейчас, когда мы снова вместе, от него все равно никакого толку. К тому же Рид не сможет прокрадываться ко мне по ночам, если эта штука будет на двери. Но, похоже, мы оба забыли, что Истон не знает, что такое стучаться.

– Пошел вон, – ворчит Рид с кровати.

– Почему? Чем вы, ребята, тут занимаетесь? – Истон умолкает, заметив нашу помятую одежду и переплетенные ноги. – Упс. Вы сосетесь, что ли?

Я сердито смотрю на него. Да, мы целовались, и это было чудесно, и сейчас я в бешенстве, потому что Истон помешал нам.

– Виноват. – После небольшой паузы он добавляет: – Замутим втроем?

Рид кидает в Истона подушку, которую тот с легкостью ловит.

– Господи, остынь, братан! Это была шутка.

– Мы заняты, – говорю я Истону. – Уходи.

– А мне чем заняться? Субботний вечер, и ни одной вечеринки. Мне скучно, – жалобно отвечает он.

Рид закатывает глаза.

– Уже почти полночь. Как насчет того, чтобы пойти спать?