Все показания свидетелей, о которых нам рассказывал Рид, в общем и целом правдивы или хотя бы отчасти. Но показания этой женщины, по словам Рида, – сплошная ложь. К тому же никто из нас не помнит, что видел наверху эту официантку. И я решила разыскать ее. Хочу, чтобы она повторила эту ложь мне в лицо.

– Сомнительное местечко, – замечает Вэл, наклонившись вперед и глядя через мое окно на длинное жилое здание.

Она права. Все дома в этом районе выглядят старыми и обветшалыми. Цементный тротуар весь в трещинах и выбоинах. Сорняки тянутся по забору из проволочной сетки, которым огорожена парковка между зданиями. Но я жила в местах и похуже.

– Как думаешь, мне постучаться или подождать, пока она выйдет? – спрашиваю я.

– Ты знаешь, как она выглядит?

– Да, она была одной из официанток, которые как-то обслуживали наш ужин. Я узна́ю ее, если уже видела.

– Тогда давай подождем. Если она не будет отвечать на твои звонки, то уж тем более не откроет дверь.

– Согласна. – Я нетерпеливо стучу пальцами по рулю.

– Ты когда-нибудь думала, что это все-таки Рид? – тихо спрашивает Вэл через несколько минут.

– Да, думала. – Все время об этом думаю.

– И?

– Мне все равно. – И, чтобы Вэл поняла меня, отворачиваюсь от окна и смотрю на нее. – Я не думаю, что он убил ее. Но если вдруг окажется, что это был несчастный случай, что они поссорились, она упала и ударилась головой, я все равно не понимаю, почему Рида нужно наказывать за это. Может, я ужасный человек, но все равно буду на стороне Рида.

Вэл улыбается и накрывает мою руку своей.

– Если что, я тоже на стороне Рида.

– Спасибо. – Я сжимаю ее руку и поворачиваюсь к окну как раз в тот момент, когда открывается дверь квартиры 5б. – Вот она!

Я вылезаю из машины так быстро, что чуть не падаю на тротуар.

– Мисс Майерс, – кричу я.

Миниатюрная черноволосая женщина останавливается. Она только что вошла на парковку.

– Да?

– Я Элла Харпер.

К моему облегчению, она не узнает меня. Я расправляю свой пиджак – мне пришлось оторвать нашивку с логотипом Астор-Парка – надеясь, что похожа на журналистку.

– Я репортер газеты «Бэйвью Ньюз». У вас найдется минутка?

Ее лицо тут же меняется.

– Нет, я занята.

Она отворачивается, но я резко выкрикиваю ее имя.

– Руби Майерс, я бы хотела задать вам несколько вопросов о показаниях, которые вы дали по делу об убийстве Дэвидсон.

Мне видна только часть ее лица, но я замечаю, как она побледнела и испугалась. Вот это уже точно подозрительно!

– М-мне нечего вам сказать, – запинаясь, говорит Руби Майерс и, вжав голову в плечи, бежит к своей машине, припаркованной через три места от меня.

Мне лишь остается смотреть, как она садится за руль и уносится с парковки.

– Ты это видела? – спрашивает Вэл.

Я оборачиваюсь – подруга стоит совсем рядом со мной.

– Что именно? Что следователь из меня никакой? – Мне хочется топнуть ногой, как капризному ребенку. – Я не добилась ни одного ответа.

– Нет. Ты видела, на чем она уехала?

– Боже, нет, и ты туда же! Рид вечно донимает меня тем, что я не вижу разницы между грузовиком и машиной. Это был внедорожник?

– Это «линкольн навигатор», и он сто́ит от шестидесяти штук баксов. А этот весь сияет и блестит, значит, он новенький. Ты говорила, что она работает официанткой, верно? А теперь скажи, откуда у нее могут быть такие деньжищи?

– Думаешь, кто-то заплатил ей, чтобы она оклеветала Рида?

– Возможно.

Я обдумываю эту мысль, а потом со свистом выдыхаю.

– Есть только один человек, которому выгодно повесить это дело на Рида.

– И кто это?

Я смотрю Вэл в глаза.

– Моя мачеха.

Высадив Вэл у ее дома, я сразу же на всех парах мчусь в отель. На то, чтобы найти Дину, у меня уходит всего две секунды. Когда я вваливаюсь в наш номер, она сидит на диване, откинувшись на спинку, с остекленевшим взглядом и спутанными волосами.

– Где Стив? – оглядываясь по сторонам, спрашиваю я.

Мне хочется в открытую выяснить у Дины, не она ли подкупила Руби Майерс, и для этого нам не нужны посторонние. Стив лишь разозлит ее, и она никогда ничего не скажет.

Дина приподнимает одно плечо, лямка ее пеньюара соскальзывает вниз по тонкой руке.

– Кто его знает? Наверное, покупает себе шестнадцатилетнюю проститутку на причале. Знаешь, он любит молоденьких. Я удивляюсь, как он еще не забрался в твою постель.

Меня подташнивает от отвращения.

– Ты еще хоть чем-то занимаешься, кроме того, что целыми днями просиживаешь задницу на диване?

– Конечно, а как же. Я хожу по магазинам, в спортзал, а иногда трахаюсь с твоим сводным братом Гидеоном. – Она разражается пьяным смехом.