Я удивленно поднимаю глаза на Хартли.

– Ты так считаешь?

Она мрачно кивает.

– С тех пор как я перебралась в Бэйвью, моя семья всегда настороже. Паркер наверняка шпионит за мной по папиному приказу. Мама сделает все, чтобы не подпускать меня к Дилан. Ручаюсь, мои родители только и ждали, когда я совершу промах. Ждали любого предлога, чтобы снова выслать меня из Бэйвью.

Мне становится немного легче. Но я понимаю свою меру ответственности за произошедшее.

– Фелисити не стала бы донимать тебя, Хартли, если бы не я. Значит, это мне нужно все исправить.

– Ты уже не сможешь ничего исправить.

– Еще как смогу!

Хартли с вызовом смотрит на меня.

– И как же?

Помолчав, я отвечаю:

– Пока не знаю. Но я что-нибудь придумаю.

Она невесело смеется.

– Что ж, тебе стоит что-нибудь придумать до десяти вечера. В десять папа собирается заехать за мной, чтобы отвезти в аэропорт.

– Не поедешь ты ни в какой аэропорт, – решительно заявляю я. – Ты вообще никуда не поедешь.

Хартли лишь пожимает плечами.

Черт, она уже решила, что уедет. Я вижу это по ее глазам. Хартли готова на все, чтобы защитить свою младшую сестру, даже если для этого придется вернуться в ненавистную школу-пансион.

– Мне пора возвращаться, – говорит она, отходя от усыпанной галькой кромки воды. – Можешь отвезти меня домой?

Я киваю.

Мы залезаем в пикап и снова едем в полной тишине. Я изучаю ее профиль на каждой остановке на красный сигнал светофора. Когда я впервые увидел ее, то решил, что она вполне себе заурядная. Симпатичная, но ничего особенного. Красивые ноги, аппетитная попка, милые губки.

Сейчас, узнав ее лучше, я понимаю, что именно притягивает меня в ней – ее лицо. Разрозненные черты соединяются и образуют прекрасный облик. Нет, она не заурядная. Она уникальная. Я еще никогда не встречал никого, похожего на нее, и мне трудно поверить, что я могу больше никогда ее не увидеть.

Отчаяние, вызванное этой ужасной мыслью, заставляет меня поцеловать ее. Пикап едва успевает полностью остановиться перед домом Хартли, как я уже притягиваю ее к себе и целую.

– Истон, – начинает протестовать она и вдруг целует меня в ответ.

Все ощущения становятся ярче. Ее теплые губы чуть солоноваты на вкус, наверное, от слез. Я зарываюсь пальцами в ее волосы и притягиваю Хартли еще ближе.

Нежные руки обвивают мою шею. Бусинки сосков упираются в меня. Я протискиваю руку между нами, чтобы обхватить ладонью ее грудь, поласкать пальцами. По телу Хартли пробегает дрожь. Мое вздрагивает в ответ.

Я начинаю целовать ее сильнее. Мои руки отчаянно блуждают по ее телу, пытаясь удержать его как можно ближе. Каким-то образом Хартли садится на меня верхом. Я провожу рукой вверх по ее бедру, обхватываю ладонью ягодицу, а потом прижимаю к себе.

Сказать, что я до предела возбужден, – ничего не сказать. Но я ведь парень. В возбужденном состоянии парни не всегда делают и говорят то, что нужно, их мозги блокированы членами. И все же я жалею о сказанных словах сразу же, как только они слетают с моего языка.

– Давай пойдем к тебе, так будет удобнее.

Хартли тут же отстраняется от меня. Ее глаза превращаются в узкие щелочки.

– Удобнее?

– Да. Ну, ты понимаешь… – Я никак не могу отдышаться после наших страстных поцелуев и тупо повторяю: – Удобнее.

– Ты имеешь в виду, что там будет удобнее раздеться? – спокойно спрашивает Хартли.

– Нет. То есть да, если ты этого хочешь. – Заткнись, парень. Заткнись, черт бы тебя побрал. – Я просто… мы сидим в пикапе, у всех на виду, а ты сказала, что твой отец может следить за тобой…

– Ну да. Уверена, именно поэтому ты так сильно захотел подняться ко мне, – бурчит она. Качая головой, Хартли расстегивает ремень безопасности и сдвигает его в сторону. – Просто ушам своим не верю!

Я хмурюсь.

– Ты правда сейчас злишься на меня? Ты же только что целовалась со мной!

– Знаю. Просто я была расстроена, и мне нужно было… утешение, наверное. Но ты все свел к сексу, как всегда.

Я уже начинаю раздражаться.

– Я лишь предложил пойти к тебе!

– Да. Чтобы мы смогли заняться сексом. – Хартли распахивает дверь со своей стороны, но не спешит покидать салон. – Спасибо за предложение, но я вынуждена отказаться. Мне нужно собирать вещи.

– Ты никуда не поедешь! – рычу я. – И сейчас мне плевать на секс. Мы целовались, я предложил пойти к тебе – подумаешь! Не надо все выворачивать наизнанку и вести себя так, будто я сделал что-то не так.

– Из-за тебя меня отстранили от занятий!

Я проглатываю стон отчаяния и безысходности.

– Знаю. И я пытаюсь все исправить, черт побери!

– Каким это образом? Занявшись со мной сексом? Как это может что-то поправить?

Во взгляде ее серых глаз усталость. Вздохнув, Хартли медленно соскальзывает с сиденья.

– Езжай домой, Истон, или возвращайся в школу. Просто… уезжай отсюда.