– Спасибо за такую мощную поддержку, – ворчу я, но мы оба знаем, что Элла права. Проблемы – мое второе имя. – Может, мне стоит позвонить ей?

– И что ты скажешь?

– Попрошу прощения.

Элла бросает на меня сердитый взгляд.

– Шутишь, что ли? Ты до сих пор не извинился перед ней? Это первое, что ты должен был сделать!

– Может, и извинился. – Я задумываюсь и тут же морщусь: – Я не помню.

– Тогда да, думаю, тебе стоит позвонить ей и попросить прощения. – Элла пару раз качает головой, как будто не может поверить, что живет под одной крышей с таким придурком. – А еще лучше – купи ей цветы, пойди к ней домой и скажи, что повел себя глупо, не соображал, что делал, вообще был настоящим козлом и что все плохое, что она про тебя думала, – это правда, и умоляй ее не вымещать свое зло на Хартли.

Меня даже передергивает.

– Обязательно делать все?

– Да, – суровым тоном отвечает Элла. – Все.

– Ладно. – Грязно выругавшись, я соскакиваю с кровати, но в дверях оборачиваюсь. – Но мне все равно больше нравится идея, что ты отделаешь ее.

Элла кидает в меня подушку.

– Я не стану ее бить!

Я спускаюсь вниз и выбегаю на улицу, к своей машине. Но, съезжая с подъездной дорожки, неожиданно для себя самого поворачиваю не направо, как собирался, а налево.

Мне не понравилось, что Хартли сбежала от меня. А если ее родители приехали и сейчас кричат на нее? Ей наверняка понадобится моральная поддержка.

Я решаю, что сначала заеду проверить, как там Хартли, а на обратном пути разберусь с Фелисити.

Заехав на заправку, покупаю ведерко мороженого, пару банок газировки и попкорн. Уже на кассе добавляю к покупкам две шоколадки. У витрины стоит ведро с розами, я решаю взять одну.

– Похоже, кто-то сильно на тебя злится, – говорит кассир, пробивая товар.

– Как догадался?

– Это набор «Прости меня» для чайников, – шутит он.

Я усмехаюсь. Вообще-то, я собираюсь извиняться перед Фелисити только розой, но мне становится любопытно:

– И каковы успехи с этим набором?

– Зависит от того, насколько ты был неправ. Если облажался по полной, придется извиняться по-крупному.

Я забираю все ведро цветов.

– Значит, по-крупному.

Кассир проводит картой по терминалу.

– Удачи!

Но, судя по тону его голоса, он уверен, что мне не повезет.

Спустя десять минут я останавливаю свою машину у дома, где живет Хартли, и глушу двигатель. Взяв пакет с покупками и три розы – Фелисити обойдется, – я поднимаюсь по шатким ступеням, перепрыгивая через одну. Уже собираясь постучать, я вдруг слышу голоса.

– На что бы ты ни надеялась, теперь этому никогда не бывать. Папа уже час как метает громы и молнии.

Я застываю на месте. Черт, это Паркер. Я перегибаюсь через перила, чтобы посмотреть, куда она поставила свой «мерседес», но его нигде не видно. Либо она оставила машину где-то дальше по улице, либо приехала на такси.

– Я этого не делала, – безучастным голосом говорит Хартли.

– Ты всегда находишь кучу отговорок, – презрительно фыркает Паркер. – «Я не хотела шпионить за тобой, папочка. Я не хотела развалить твою предвыборную кампанию. Я не хотела позорить нашу семью. Я не хотела разрушать ее».

Повисает тишина.

Хартли ничего не отвечает. Думаю, что бы она ни сказала, Паркер все равно ей не поверит.

Я хочу постучаться. Хочу взять и войти. Хочу образумить Паркер.

Но какая-то божественная сила останавливает меня.

Я пытаюсь вдохнуть поглубже. Это все моя вина. Я напился и смешал с грязью девчонку, с которой лучше было не связываться, которая только и ждет, чтобы выпустить когти и отомстить. Я тупой баран. И поведу себя совсем тупо, если попытаюсь вмешаться в семейный спор Хартли.

Мне нужно что-то делать с Фелисити. Это пока единственный выход. А когда я все исправлю, Хартли сможет вернуть расположение своей семьи, и между нами не будет никаких проблем.

Я смогу все уладить. Смогу.

На следующий день в школе все только и говорят, что об отстранении Хартли от занятий. Можно подумать, в «Астор-Парке» никого никогда не наказывали. Но Хартли не заслужила этого наказания. А вот та, кто определенно его заслуживает, идет по коридору с видом королевы.

Я перехватываю Фелисити перед первым уроком. Она стоит у своего шкафчика, как обычно, со свитой. К счастью, Клэр нигде не видно. Это хорошо. Мне не нравится, что моя бывшая девушка так сдружилась с Фелисити. Кто знает, какой компромат на меня у нее есть: когда мы встречались, я часто напивался.

– А ну испарились! – рявкаю я подружкам Фелисити.

Должно быть, выражение моего лица говорит им, что я не шутки шутить пришел, и они разбегаются, как крысы с тонущего корабля. Забавляясь происходящим, Фелисити остается стоять на месте.

– Посмотрите-ка, какой крутой парень! Распугал всех невинных девушек, – насмешливо произносит она.

Я злобно смотрю на нее.