— Подожди, ты бездомная? — спрашивает Шпик, почти крича.

Черт побери, когда же я выучу урок? Я доедаю гамбургер и смотрю на троих ошеломленных Злодеев.

— А тебе-то какое дело? В конце концов, вы же Злодеи, почему вас волнует, что бывший Герой бездомный? Я бросаю ему свой вопрос в лицо, так как злость на всю ситуацию в целом берет надо мной верх. Да, может быть, я и не очень хороша в роли Героя, но это не потому, что я не пыталась стать Героем. А теперь я Злодей и понятия не имею, что делаю.

— Почему бы тебе просто не принять это? — спрашивает Шпик, явно снова читая мои мысли. Я собираюсь накричать на него за то, что он продолжает копаться в моих мозгах, но раздумываю над его словами. Может быть, я смогу принять это? Я могла бы стать лучшим проклятым Злодеем, которого они когда-либо видели.

— Э-э-э… Мне не нравится выражение ее лица, — шепчет Потрошитель остальным, наблюдающим за мной.

— Она думает, что может быть лучшей Злодейкой на свете, — комментирует Шпик, давая ребятам комментарий к моим мыслям.

— Успокойся, Дробилка, поумерь пыл, а? — предлагает Стрикер.

И тут меня осенило. Лучшая идея в моей жизни.

— О нет, — простонал Шпик и обхватил голову руками.

Потрошитель нервно переводит взгляд с него на меня.

— Что? Что значит твое «О нет?» — Его голос становился все выше от беспокойства.

— Вы, ребята, могли бы меня научить! — Я практически кричу это, сияя от гордости за посетившую меня великую идею. На этот раз стонут все трое, что, по-моему, просто невежливо.

— Не знаю, заметила ли ты, но мы не самые лучшие Злодеи.

— Тогда, может быть, мы сможем помочь друг другу? — Я вижу, что это может перерасти в спор, поэтому я возвращаюсь к поглощению своей еды, в то время как все трое поворачиваются друг к другу и обсуждают меня, как будто меня здесь нет. По крайней мере, они больше не следят за мной, а это значит, что я могу запихивать еду в рот, как свинья.

— Мы не можем просто оставить ее на улице, — комментирует Потрошитель.

— Она собиралась сдать нас с потрохами, чтобы ее взяли обратно! Почему мы должны ей помогать? На этот раз стон издает Стрикер.

— Да ладно тебе, как будто это когда-нибудь да произойдет. Вы же видели ее, она едва может ходить, чтобы не вылезти из своей кожи вон, — смеется Шпик.

— Шпик прав, мы должны, по крайней мере, предложить ей переночевать где-нибудь, — говорит Стрикер, и я буквально сияю, протягивая руку и гладя его по голове.

— Хороший Негодяй! Ты мой любимчик.

— Почему он твой любимчик? Это ведь я изначально предложил, чтобы мы помогли тебе, — возмущенно спорит на мое замечание Потрошитель.

Я поворачиваюсь к нему с улыбкой.

— И ты мой любимчик. — Это, кажется, радует Потрошителя, когда он улыбается мне, прежде чем самодовольно ухмыльнуться Шпику. — А еще я ее любимец, — напевает он.

— Вы оба не можете быть ее любимцами. Это ставит под сомнение само понятие фаворитов! — Шпик вскидывает руки, как будто весь этот разговор его раздражает.

— Он просто завидует, что не один из моих любимчиков, — заявляю я с торжественным кивком, печально глядя на Шпика, когда Стрикер, Потрошитель и я обмениваемся понимающими взглядами.

— Я не завидую, — угрюмо ворчит он, прежде чем сердито посмотреть на меня, а затем со вздохом перевести взгляд на парней. — Отлично. Она может переночевать у нас. Но только на одну ночь! А потом она уйдет.

Я поднимаю кулак в воздух, чтобы отпраздновать это, и свешиваю ноги со скамейки, моя тарелка уже пуста.

— Да! Пошли, ребята! — Они начинают подниматься на ноги, а я бросаюсь к двери. — О, я на мели, так что ужин за ваш счет. Спасибо! — кричу я и со смехом выбегаю за дверь. 

Решила, что местом, где живут эти парни, будет какая-нибудь крутая квартира или массивный дом на окраине с пещерой под ним, предназначенной для планирования всех их злодейских планов. Но я ошиблась. Разглядывая ярко-желтое бунгало, я в замешательстве поворачиваюсь к ребятам. На большом эркерном окне этого бунгало вьется плющ, а у яркой входной двери весит окровавленная корзина.

— Мы остановились здесь, чтобы взглянуть на злую бабушку-злодейку, которая тайно распродает оружие и всякое барахло из своего гаража? Потому что это было бы круто, я могу представить ее сейчас, выглядящую такой милой и невинной, а потом БАЦ! Выходит базука. О-о-о-о, я бы с радостью постреляла сейчас из одной из таких штуковин. Не по людям, конечно, может быть в чью-нибудь старую тачку? Просто чтобы увидеть, как это дерьмо взорвется, держу пари, это потрясающее зрелище.

— Нет… Мы здесь живем, — говорит мне Стрикер, подходя и отпирая дверь.