– Видимо, теперь мне придётся прикрывать тебя, пока ты будешь лежать на облачке любви, свесив ножки вниз?

Арчи насупился:

– Я умею разделять личное и работу.

– Вот и проверим заодно.

– На ближайшие дни были какие-то операции? – Денис отодвинул пустую тарелку и зевнул.

Арчи зевнул в ответ:

– Пока вроде ничего не объявляли. Но сегодня инвентаризация в оружейке и большая тренировка по рукопашному бою. Так что отоспаться не получится.

Дима еле сдерживал смех, глядя на сонных друзей:

– Дэн, тебе на тренировки-то можно?

– Врач сказал, что пока мой максимально возможный противник – боксёрская груша. Пара ударов в бок – и привет, больничная койка.

– Уже неплохо, – Арчи оценивающе оглядел Дениса. – А то ты как-то обмяк за месяцок.

Тот пнул его по ножке стула:

– Сам ты обмяк!

– Не ссорьтесь, девочки!

* * *

Денис всласть намахался боксёрскими перчатками и вечером с трудом натянул на себя футболку. Мышцы сильно, но приятно ныли.

– Детка, привет.

Алиса ответила ему расслабленным сонным голосом:

– Привет…

– Ты что, спишь?

– Нет, я просто сходила на массаж.

– Ммм… И как?

– Шикарно. Теперь я вся мягкая, скользкая, пахну маслом…

– Чёрт!

Она мелодично рассмеялась.

– Выдвигаюсь.

– Жду тебя.

Всех троих на улице остановил командир:

– Что-то вы зачастили, ребятки. Что ни вечер – на кампусе пустота и тишина.

– Командир, оглянись. На улице унылая осень. Ездим себя развлечь, отработать уровень тестостерона, – ответил Дима.

– Перовский, ты мне зубы не заговаривай.

Арчи вступился:

– Воздерживаться вообще вредно! А мы себе не враги.

– Началось-началось! Валите. Но чтоб без приколов, ясно?!

– Мы разве похожи на приколистов? – Денис изобразил обиженное лицо, но через секунду все трое рассмеялись, убегая от замахнувшегося на них Алексея.

– А что, давайте устроим тусу на шестерых? Снимем сауну, например.

– Блин, ещё один. Этот вчера стоял тупил, теперь и ты.

– Дим, ты просто ни разу не видел тупорылую улыбку на лице влюблённого Арчи. Будем сидеть и ржать над ним весь вечер.

– Я сейчас тебе оставлю улыбку! Синюю, под глазом!

– О, ясно. Горячий гордый парень.

– Ха. Ха. Ха.

– Да поняли мы всё. Воздерживаться тебе вредно.

Они разошлись по машинам и друг за другом выехали с базы.

* * *

Аня взволнованно ёрзала на стуле в ожидании звонка. Решив, что не будет терпеть, она надела под платье своё любимое бордовое бельё и нанесла на запястья несколько капель масла жасмина и розового дерева.

– Главное, не наброситься на него сразу в машине. Хватило бы сил пересидеть ужин…

Наконец, телефон ожил, но Аня заставила себя досчитать до десяти, прежде чем ответить:

– Привет.

– Я внизу. Выходи.

Аня заметила, что сегодня голос Арчи звучал немного иначе. Чуть жёстче и ниже.

– Может быть, он тоже нервничает?

В этот раз она надела пальто подлиннее, чтобы Арчи до самого ужина не увидел её соблазнительное платье. Он стоял рядом с машиной и напряжённо курил. Но заметив Аню, швырнул окурок в темноту и лениво улыбнулся.

– Мусорить нехорошо.

– Накажи меня, кошечка.

Аня потянулась к его щеке, но Арчи быстро повернул голову и поцеловал её в губы. Яркий вкус табака на его языке добавил поцелую терпкости.

– Коварный.

– До ужаса.

– Куда поедем?

– Не знаю. Куда ты хочешь?

Аня хотела затащить его к себе и отдаваться ему до самого утра. Но постаралась сохранить спокойное лицо:

– Тут неподалёку есть неплохой стейк-хаус с приличной винной картой.

– Отлично, садись, – он открыл ей пассажирскую дверь.

В ресторане было немноголюдно. Арчи свободно зарулил на полупустую парковку и, взяв Аню за руку, двинулся к входу. Зайдя внутрь, он помог ей снять пальто и с усилием оторвал взгляд от аппетитного выреза её чёрного бархатного платья. Аня оценила произведённый эффект, но не показала виду.

– Можно вопрос?

Они сидели в обнимку за дальним столиком на мягком диване в ожидании заказа.

– Спрашивай.

– Почему ты всё время в шапочке?

Арчи нехотя стянул тонкую трикотажную чёрную шапку.

– Поэтому.

Вдоль его черепа даже при наличии густых волос явно просматривалось несколько длинных шрамов. Один заканчивался у самого виска. Аня сжала его ладонь и на несколько секунд перестала дышать.

– Оу… Понятно.

– Не то чтобы я стеснялся или комплексовал. Просто бесит, когда все вокруг пялятся.

– А как это случилось?