Они просидели вместе почти час, почти не разговаривая. Гвен попыталась завести разговор, но ее голос продолжал срываться, и, в конце концов, ее слова были поглощены отсутствием Маркуса. После этого они обменялись всего несколькими словами. Что тут можно было сказать? Ничто не могло вернуть Маркуса или исправить сломанную картину их семьи. Какой вообще был смысл говорить?

Когда дверь снова открылась, все головы повернулись, кроме Эйры. Она была слишком измучена, чтобы даже поднять глаза. Ее магия была такой же хрупкой, как и рассудок.

Две знакомые руки накрыли ее дрожащий кулак. Эйра проследила за ними до пары печальных карих глаз.

— Ты можешь отпустить, — мягко сказал Каллен. — Он у нас.

Глава 27

— Вы захватили его в плен? — уточнила Эйра. — Ферро?

— Да. Теперь он у Денеи. Они с императором и императрицей. — Взгляд Каллена переместился на ее семью, пока Эйра бродила по комнате. Она не помнила, как Валла уходила. — Императрица поручила мне сообщить вам всем, что она работает над урегулированием ситуации с Эйрой. План состоит в том, что через короткое время в городе будет объявлено о таинственном злоумышленнике. Причастность Эйры будет выяснена после «расследования», и следующий случайный убийца, взятый под стражу во дворце из города, будет осужден за преступления.

— Но… — прошептала Эйра. Никто ее не слышал, или никто не слушал. Эйра продолжала сжимать кулак, она еще не верила в успешный исход.

— Само собой разумеется, что вы трое никогда не должны упоминать никому за пределами этой комнаты, что Ферро стоял за этими преступлениями.

— Понятно. — Гвен опустила подбородок, привыкшая к тому, что королевские приказы передаются через других.

— Что с ним будет? — спросил Грэм, явно неуверенный в том, что он будет хранить тайну.

— Это еще предстоит решить. Учитывая его положение и предстоящий Турнир Пяти Королевств, этот вопрос решается с максимальной осторожностью.

Осторожность была намного лучше, чем Ферро заслуживал.

— Турнир все-таки состоится? — шокировано спросил Фриц. Эйре не хватало энергии почувствовать ту же эмоцию.

— Должен. Эпохальный договор между пятью нациями не может быть приостановлен из-за действий одного явно безумного мужчины.

— Я не позволю отправлять учеников после такого. — Фриц встал, надевая мантию министра Магии. — Мы даже не знаем его мотивов. Что, если ими руководила сама королева Меру?

Каллен оставался спокойным.

— Эти вопросы вы должны обсудить с императрицей.

— Я обязательно так и сделаю.

— Тем временем ее величество попросила меня отправить вас обратно в Башню, — продолжил Каллен, обращаясь к Фрицу. Молодой человек, ученик Башни, командовал министром Магии, словно это было пустяком. Даже если он был всего лишь сосудом для исполнения желаний императрицы, Эйра обнаружила, что завидует умелому владению властью. Хотя, она больше завидовала его способности оставаться невозмутимым. — Понятно, что после смерти участников возникнут вопросы. Вы должны быть там, чтобы Башня сохраняла спокойствие и пыталась подавить любые слухи.

— Сколько погибло? — На этот раз Эйра заставила себя слышать. Хотя, как только она задала этот вопрос, уже пожалела об этом.

— Семеро. — Выражение лица Каллена было лишено эмоций. Дело было не в том, что он был спокоен, поняла Эйра. Он действовал так же, как и она — оцепеневши и отстраненно. — Все Бегущие по воде.

— И я единственная, кто выжил, — выдохнула Эйра. Неудивительно, что Йемир был готов обвинить ее в преступлениях, и все были готовы ему поверить. Все ее разговоры с Ферро из тех долгих ночей пронеслись у нее в голове. Она так много рассказывала ему о Бегущих по воде и их способностях. Она помогала ему на каждом шагу, сама того не осознавая.

Она была единственной, кто дал ему необходимую информацию о местности, о том, что могут и не могут делать Бегущие по воде, о ее собственном прошлом. Онемевший шок, наконец, ослабил ее сведенные судорогой пальцы, и кулак разжался. В ней не осталось сил для борьбы. Ее использовали и манипулировали ею.

— Это не твоя вина, — сказал Каллен мягко и твердо, глядя ей прямо в глаза. — Но… очевидно… тот факт, что целью были Бегущие по воде, будет работать против тебя.

— Работать против нее? — Гвен посмотрела между ними.

— Они думают, что у меня есть мотив, — объяснила Эйра своей тете.

— Ты бы никогда никого не убила. Я все еще не могу поверить, что люди даже предполагают это, — сказала Гвен с отвращением.

Три года назад можно было бы такое утверждать.

— Согласен. — Рот Каллена сжался в жесткую линию. — Но люди будут искать любую причину, чтобы объяснить эти ужасные действия. В своем горе им будет все равно, предстанет ли настоящий убийца перед судом или нет, пока им есть кого винить.

— Я не могу поверить, что это происходит на самом деле. — Гвен покачала головой.

Каллен продолжал смотреть своим холодным, бесчувственным взглядом.