Музыка подошла к финалу, последняя нота затихла вместе с остатками мерцающего показа. Люмерия встала вместе с четырьмя другими особами. Эйра узнала солнечную корону, сверкавшую на челе императора Соляриса, хотя императрицы рядом с ним не было, что было странно для Эйры. Их так редко видели порознь. Арвин представляла Сумеречное королевство. Эйра знала, что она дочь короля, но та взяла за правило подчеркивать, что это не означает, что она является какой-то принцессой в линии наследования. Что заставило Эйру задуматься, был ли стоявший дракони на самом деле королем или просто еще одним назначенным представителем — то же самое касалось седеющего пожилого мужчины, который остался сидеть в ложе с цветами республики Квинт.

— Почему здесь не все лидеры? — Эйра ни к кому конкретно не обращалась.

— Мой отец сказал мне в карете, что прибыло только около половины высокопоставленных лиц, — прошептал Каллен в ответ. — Очевидно, возникли проблемы с логистикой.

— Проблемы с логистикой? — повторила Эйра, ее мысли уже обратились к Столпам.

— Наши император и императрица путешествовали на разных кораблях, чтобы избежать возможности нападения на обоих суверенов сразу, и один из них попал в непогоду… хотя вроде бы ничего серьезного. Я слышал, что также произошли некоторые изменения в руководстве республики Квинт, что привело к дебатам о том, кто должен быть здесь… что-то связанное с публичными выборами? — Слова были незнакомыми. Эйра удержалась от вопроса. Она знала, как он получил эту информацию, и не хотела выпытывать. — Не говоря уже о том, что каждое государство должно обеспечить наличие достаточной структуры власти, чтобы кто-то нес ответственность, пока руководство в отъезде. Создание таких структур может занять время, и в результате чего некоторые государства не хотели отпускать свое руководство до тех пор, пока в этом не возникнет абсолютной необходимости.

— Понятно… — Все это имело смысл и звучало достаточно здраво. Но поскольку Столпы все еще были на свободе, всегда существовал риск найти более зловещее объяснение отсутствию знати.

Таавин был среди эльфийского представительства. Он направлялся к центральной лестнице королевской ложи. Он сменил простую одежду, в которой Эйра видела его ранее. Теперь он носил несколько слоев тяжелых тканей, которые составляли серую мантию, отделанную пурпуром и золотом. Она соответствовала положению Голоса Ярген — лидера Правоверных и главы религии, который имел такую же власть в Меру, как и сама королева. Он протянул руки и возвел глаза к небу.

В толпе воцарилась тишина.

Половина собравшихся зрителей опустила лица и тоже подняла руки. Эйра заметила, что двое участников соревнований из Меру сделали то же самое. Оливина среди них не было, но он и его товарищ из команды почтительно склонили головы. Хотя Эйра никогда не была особенно религиозной, она почувствовала серьезность момента.

— Что происходит? — шепотом спросила ее Элис.

— Какой-то ритуал Ярген, я полагаю. — Эйра рылась в своих воспоминаниях о том, что она читала о Меру, и не могла придумать ничего конкретного для церемоний открытия. Но и подобного турнира раньше никогда не проводилось.

Губы Таавина быстро двигались. От него исходил свет. Круги накладывались на круги, соединяясь точками и окружностями и объединяясь, образуя глифы, которые Эйра не узнавала. Она пыталась запомнить «Световорот» по форме глифа в текстах, которые читала, но эти были новыми и непохожими. Возможно, это была особая магия, присущая только Голосу Ярген, которая поднялась высоко вверх.

Он поднял ладони, и глифы распались, а их свет стал падать на присутствующих роем светлячков. Эйра протянула руку. Магия впиталась в ее кожу, и на краткий миг ее чувства обострились, а силы усилились — ощущения были похожи на настоящее благословение. Была ли богиня реальной? Часть ее всегда сомневалась, что боги и богини были чем-то большим, чем оправданием для жаждущих власти людей. Но это чувство власти…

Толпа разразилась радостными криками, когда свет померк, и Таавин занял место позади Люмерии, рядом с Ви. Последняя наклонилась, что-то говоря ему. Улыбка тронула его губы. Эйра могла видеть, как их руки незаметно скользнули друг к другу, плечи соприкоснулись в тихом и простом проявлении близости и привязанности. От этого у нее заныло сердце. К счастью, стоящая королева отвлекла ее внимание.