Нет... Я просто хочу видеть его живым. Мне невыносима мысль о том, что он будет заперт, в плену у прихотей Болтова. Если уж на то пошло, то, как бы трагично это ни было, я не могу позволить ему умереть, не сказав, что люблю его. Что, хотя я и поклялась никогда не любить, он зарылся глубоко в мое сердце, под всеми стенами. Я не позволю себе умереть раньше, чем сделаю это.

Джайлс поворачивается к Рафу.

— Ты действительно думаешь, что сможешь это сделать? Протащить нас в Верховный Двор?

Раф колеблется лишь мгновение, прежде чем набирается решимости и твердо кивает.

— Я знаю, что смогу. Я способен попасть куда угодно, куда только захочу, и у них мои родители.

— Ты можешь остаться здесь, — предлагаю я Джайлсу. — Присмотреть за детьми.

— Я ни за что не отпущу тебя одну. Хол уже собирается убить меня за этот план. Он убьет меня во второй раз, если я выпущу его сына из поля зрения, чтобы он отправился на эту безумную миссию один с человеком.

— Хорошо. — Я не сопротивляюсь. — Остаток ночи мы потратим на то, чтобы собраться с силами, а на рассвете отправимся в Верховном Дворе.

Раф оставляет Ральшу за старшую, когда мы уезжаем. Между ними происходит слезное прощание, в котором он клянется вернуть ей мать. Привязанность Дэвиена даже заставила меня по-новому взглянуть на их юную любовь. Может быть, в акте любви есть что-то хорошее? Польза от любви, которую я только начинаю понимать. На это уйдет время, но сейчас я, по крайней мере, готова увидеть ее, а это уже начало.

После того как мы покидаем детскую крепость, Джайлс ведет нас по дороге. При свете дня остатки Дримсонга выглядят еще хуже. Солнце ничего не скрывает. Жестокость Болтова выставляется напоказ. Интересно, намерен ли король оставить эту землю выжженной и почерневшей на всю оставшуюся вечность — напоминание всем, кто посмеет восстать против его семьи в будущем, о том, что бывает с узурпаторами?

Путь до окрестностей Верховного Двора занимает два дня. Путь долгий, но самое трудное в нем — постоянно оглядываться через плечо, ожидая увидеть Палача, выныривающего из ближайшей тени. Однако Болтов, видимо, уверен в своей победе, потому что никто не рыщет по лесам в поисках выживших. Интересно, может быть, они вернулись к Озеру Энойтинг и ищут меня, самонадеянно полагая, что человек ни за что не сможет пройти так далеко?

Первого Палача мы видим издалека, он идет по валам большой каменной стены, окружавшей Верховный Двор. Мы втроем расположились на вершине холма, залегли среди высоких трав, чтобы быть почти невидимыми для стражников внизу. Мы осматриваем местность, обдумывая свои дальнейшие действия.

— Стене всего около двухсот лет, — говорит Джайлс. — Последний король Болтов построил ее, чтобы закрепить свою мнимую легитимность перед Советом Королей. Я уверен, что зимой после окончания строительства его сын убил его, чтобы взойти на трон.

— Скажи, а король фейри когда-нибудь умирал по естественным причинам? Или вы просто убиваете друг друга, прежде чем такое может случиться?

— С тех пор как пал род Авинессов, короли редко доживают до конца своей естественной жизни. — Джайлс посмотрел на Рафа. — Я не хочу, чтобы ты чувствовал давление, даже сейчас. Если ты не думаешь, что есть способ безопасно попасть внутрь...

— В каждой стене есть дыра, — говорит Раф с небольшой ухмылкой. — Мы просто должны найти ее.

После полудня ходьбы мы, наконец, нашли. Конечно, есть один участок стены, где лес задел камень. Конечно, Раф единственный, кто обратил на это внимание.

— Видите? — Он показывает. — Большой кустистый участок, как будто там пробивается маленькое деревце. Ну, вообще-то, я думаю, что там пробивается маленькое дерево. Вы ведь знаете, что это значит? — Он закатил глаза на наши беспечные выражения. — Это значит, что стена там не такая уж и крепкая. Так что я просто должен спуститься туда сегодня вечером, взглянуть, и если я прав, то вы двое присоединитесь ко мне. И вот так мы окажемся внутри. — Он щелкнул пальцами.

В самую смертоносную область диких фейри. У меня есть остаток дня, чтобы обдумать решение. Я ем грибы, которые мы нашли день назад во время нашего долгого похода, и наблюдаю за патрулями Палачей Болтова на стенах.

С наступлением ночи Раф перемещается во время перерыва в патрулировании. Мальчик проворный и маленький; в мгновение ока он исчезает в листве, выступающей из стены. Мы с Джайлсом нервно переглядываемся. Но тут Раф снова высовывает голову и машет нам рукой, спускаясь с холма.

Стена гораздо больше, чем казалось издалека. А шипы, торчащие из нее, гораздо острее, чем я себе представлял. Не обращая внимания на подкрадывающееся чувство страха, которое так и норовит меня задушить, я пробираюсь сквозь листву, прижимаясь к зазубренным, крошащимся камням, и оказываюсь на другой стороне. В глубине сознания раздается тихий звон, и невидимая рука обхватывает мое горло, исчезая на ветру, прежде чем я успеваю задохнуться.