Этот вопрос разрывает мне сердце. Это не моя магия. Это не моя сила, не моя судьба. Мои пальцы сгибаются, когда я поднимаю их со стола.

— В чем дело?

Я отхожу от него, покачивая головой. Обхватив себя руками, я подхожу к окнам. В поздних сумерках озеро окрасилось в яркий лазурный цвет. Как я и предполагала, оно действительно светится.

— Катриа?

Я слышу его приближающиеся шаги. Я говорю, не глядя на него.

— Это не имеет значения. Мне нет смысла узнавать все это.

— Я сказал что-то, что тебя расстроило? — Он снова останавливается прямо за моей спиной. Я не поворачиваюсь к нему лицом.

— Нет. — Очевидно, что я вполне способна сама себя расстроить.

— Что случилось?

— Ничего.

— Не лги мне, пожалуйста. — В ответ на мое молчание он продолжает свои неверные предположения. — Нет причин разочаровываться в магии. Несмотря на то, что мы, фейри, работаем над оттачиванием и совершенствованием своих навыков, наши знания о магии в какой-то степени врожденные. Мы знаем ее с рождения. У тебя нет такого преимущества, поэтому вполне естественно, что ты борешься и...

— Я не расстраиваюсь из-за того, что не умею пользоваться магией. — Я вздернула голову. — Я просто не вижу смысла учиться этому. Это приведет только к разочарованию.

— Ты сможешь овладеть ею, — заверил он меня.

— И за какое время? — Я обхожу его кругом. — Завтра, если все пройдет правильно — а я знаю, что мне не нужно говорить тебе, что будет завтра, что все должно пройти правильно — тогда магия покинет меня. Эта сила никогда не была моей, она твоя. Мне нет смысла учиться ей сейчас или когда-либо. Я всего лишь сторонний наблюдатель, случайность, вор. Я всего лишь короткая нота в твоей симфонии, и мне слишком больно притворяться кем-то другим.

Его взгляд смягчается, брови слегка приподнимаются в центре.

— Я не хочу, чтобы тебе было больно, — мягко говорит он.

— Я привыкла к боли. Я могу пережить боль. — Это все другие чувства, которые трудно пережить. Это счастливые чувства, с которыми я не знаю, что делать; те, которые подчеркивают, насколько глубоки все мои остальные раны.

— Так жить нельзя. Ты не должна была так жить.

— Но мне пришлось, и я прекрасно справилась.

— Ты выжила, и это похвально, учитывая, что я знаю только вершину айсберга твоих страданий. Но просто выжить — это еще не значит жить. Я хочу, чтобы ты была счастлива — ты заслуживаешь этого. — Он делает маленький шаг вперед. Я делаю широкий шаг назад.

— Тебе не стоит беспокоиться обо мне. — Я качаю головой.

— Но я беспокоюсь.

— А ты не станешь. — Мои слова такие же холодные и ледяные, как воздух, проникающий через окно у меня за спиной. — Скоро я стану для тебя никем. Все это, что бы это ни было, станет ничем. Ты станешь королем, а я буду просто человеком, живущим на твоей земле по ту сторону Фэйда.

— Теперь это твоя земля, — настаивает он.

— Перестань быть добрым ко мне. — Мой голос немного повышается. — Перестань притворяться, что все это реально.

Он пошатывается, как будто я его ударила. Дэвиен медленно качает головой.

— Каждая минута этого была для меня настоящей. Реальнее, чем я когда-либо хотел или просил.

— Это не так. — Может быть, если я скажу это достаточно много раз, это станет правдой для нас обоих. — Этого не может быть. Не только из-за того, что нас ждет в будущем. Но и потому, что мы даже не должны были встретиться.

— Но мы встретились. И несмотря ни на что...

— Не говори этого. — Я знаю, что это произойдет. В его голосе звучит та же интонация, что и в разговоре с Шайе. — Если мы прекратим это сейчас, то сможем сделать вид, что ничего этого не было.

— Мы больше не будем притворяться.

Я знаю, что его слова — правда, но все равно продолжаю. Я не могу стоять в стороне, когда он осуждает нас обоих.

— Никому из нас не придется страдать больше, чем мы будем страдать, уже страдаем. Мы можем...

— Несмотря ни на что, я люблю тебя, Катриа.

Я ничего не могу сделать, только смотреть на него. Я горю от гнева, от разочарования, от страсти. Никакие три слова не делали меня счастливее и не резали глубже. Ни одно слово не значило для меня больше и одновременно не значило ничего.

— Нет, не любишь, — шепчу я.

— Люблю. — Он делает шаг вперед. — Я люблю тебя так, как никогда и никого не ожидал полюбить. Я всегда был обречен на то, чтобы быть брошенным в брак по расчету. Я никогда не ожидал, что буду любить.

— И я не хочу этого. — Я качаю головой. Мои глаза горят, слезы колют их края. — Мне не нужна твоя любовь.

Выражение его лица меняется. Этими словами я ранила его сильнее, чем когда-либо прежде. Он замирает, открывая и закрывая рот, явно не в силах понять, что он хочет сказать дальше. Я позволяю ему поразмыслить в тишине. Я ясно выразилась.

— Почему?

Я качаю головой в ответ на его вопрос и бросаю взгляд.