— Она была магическим ученым, лучшим из всех. Это она сказала, что мы должны пойти в горы на праздник Кровавой Луны. Она хотела увидеть магию. Но этого было мало. Как только он прочитал ее будущее, она захотела помочь им, как одержимая. — Он качает головой, слабые вдохи бьются о ребра. — Я был фармацевтом, я знал тело. Без меня она не смогла бы помочь вампирам. Я был истинным основателем кровавого предания. Я был тем, кто открыл его применение и использование, и я пожинал его плоды до того, как они осудили меня за мою гениальность.

— Ты... ты превратил себя в вампира, — шепчу я.

Он лукаво улыбается.

— Я знал цену величия. Я принял эту цену. Но моя сестра была мягкой. Она взяла мою работу и сделала ее более приемлемой. Она снизила цену и сделала ее демократичной. — Все истории о жестоком обращении с людьми имеют смысл — они были, но не Солосом. Не Солосом, а одним из них. Терсиус обратился против своих сородичей, чтобы создать кровавое предание, служащий только ему. Два кровавых предания — одно по принуждению, другое по свободной воле. Терсиус был отцом первого, а его сестра — второго, того, кого узнал бы Солос. — Так кому же Солос отдал должное? Единственной женщине, на которую он положил глаз. Этот ублюдок даже назвал его в ее честь.

— Кровавое предание, — шепчу я. — Лоретта3.

Вампиры, возможно, не были готовы к тому, что их король станет поклявшимся на крови с человеком, но это не помешало Солосу оказать ей честь. Эта информация меняет все мои предположения. Залы замка, хотя и тайные, были огромны. Солос давал ей все, что мог, пытаясь найти как можно больше способов интегрировать ее в общество до тех пор, пока они не примут ее открыто. Он держал ее рядом, где мог защитить. Скорее всего, он начал знакомить ее со своими помощниками и советниками, чтобы сначала склонить их на свою сторону, как, например, Джонтуна. Его архивариус хранил записи о работе Лоретты и старался оформить их как можно лучше... у них просто не хватало времени.

— Так ты взял ее работу...

— Это была моя работа, — настаивает он. — Они просто не смогли осилить затраты. Вампиры были слабы, они всегда будут слабы. Но мы — ты и я, у тебя тоже есть это, я чувствую в тебе магию — мы можем стать сильнее. Мы следующая эволюция вампира и человека. Ты видела это, ты чувствовала это. Вместе наши армии, подпитываемые кровавыми преданиями, будут править не только горами, но и всем Мидскейпом. Мы сможем открыть новую эру.

— Ты ничего обо мне не знаешь. — Я размахиваю своим оружием. — А теперь скажи мне, как снять проклятие.

Терсиус снова разразился хохотом.

— Я надеялся, что ты мне скажешь.

— Не прикидывайся дурачком.

— Это не мое проклятие. — Он покачал головой. — Я все эти годы пытался выяснить, кто его сделал, чтобы усовершенствовать. Блестящий дизайн, но явно недостаточно хороший, чтобы покончить с вампиром. И недостаточно хороша, чтобы покончить со мной, как я подозревал.

— Ты думал, что вампир наложил проклятие, чтобы напасть на тебя, — шепчу я. Терсиус только шире улыбается.

— Ты лжешь! — Вентос направляет свой меч к шее Терсиуса.

— Кто-то еще ненавидит вас так же, как и я. — Терсиус обводит взглядом каждого из нас. — И этот враг проживет гораздо дольше меня. Кто бы он ни был, он явно очень умен, если никто из нас до сих пор его не нашел.

— Хватит врать, — требует Вентос.

— Я не думаю, что он лжет.

— Все, что вы когда-либо любили, сгорит дотла, — прорычал Терсиус. — Единственное, о чем я буду сожалеть, так это о том, что не смог этого сделать. Вампирский трон должен был быть моим, и я бы правил всем Мидскейпом. Я бы восседал на троне из твоих костей и населял бы мир с помощью ваших женщин.

Вентос издал рык. Он огрызается. И опускает свой клинок.

— Вентос! — Я не могу остановить его.

Через мгновение все кончено. Первый охотник мертв. А с ним и все секреты и мудрость, которые он мог хранить.

— Что с тобой? — кричит Лавензия. — Он был нам нужен!

— Он просто собирался потратить наше время. Он... Он чего-то ждал. Должно быть, приближается нападение. Он пришел не один, — говорит Вентос. Хотя я не уверена, что даже он сам в это верит.

— У него была информация. — Винни смотрит на останки Терсиуса. — Он мог бы помочь.

— Этот мужчина никогда бы тебе не помог, — говорит Дрю.

Как бы мне ни хотелось накричать на Вентоса, но что сделано, то сделано. Я не согласна с его действиями, но я согласна с Дрю — Терсиус ни за что не стал бы нам помогать. Я смотрю на его старое и сморщенное тело. Столько силы и магии, иссушенной и изъеденной временем и ненавистью. Некогда могущественный охотник — нет, гениальный маг крови — теперь превратился в ничто.

Он был силен только потому, что имел преимущество. Он владел секретами. Теперь, когда они были раскрыты, у него не осталось ничего.

— Как вы все себя чувствуете? — Я смотрю на вампира. — Проклятие все еще чувствуется?

— Я не чувствую никакой разницы. — Лавензия поднимает руки и смотрит на свое тело.