— Я знаю. — Я закрываю глаза. — Я знаю, что ты должен уйти, чтобы сохранить это в тайне — по их правилам, касающимся подношений… но мне нужно, чтобы ты знал кое-что еще.

— Да?

— Я знаю, что делать это с тобой — эгоистично с моей стороны.

— Как и для меня, — быстро добавил он. — Я тот, кто требует от тебя всего. У тебя нет места для извинений или эгоизма.

Я качаю головой, прижимаясь к его шее.

— Ты неисправим, Илрит.

— Как и ты, Виктория. — Он целует меня в лоб.

Я продолжаю свою мысль:

— Но я хочу, чтобы ты знал, что мне не нужно, чтобы это была любовь. Пусть все будет просто для нас обоих. Только физические желания.

Даже произнося эти слова, я уже знаю, что беспомощна перед силой, которая пытается увлечь меня, несмотря на меня саму.

Однако это не то, что ему нужно знать. Я не могу лгать себе, но я могу лгать ему. Я могу притвориться, что все это не имеет никакого значения, кроме того, что я ползу в его объятия. Кроме чисто физического желания. Я видела достаточно женщин и мужчин, которые могут относиться к этому как к случайной интрижке, и могу взять с них пример.

Если я влюблюсь, это будет моим бременем, моей тайной, которую я унесу с собой в могилу. Я не могу причинить ему такую боль. Мое сердце также не выдержит еще одной неудачи на поприще романтики. Может быть, я и не помню всего, что было связано с моими прошлыми отношениями, но я точно помню, что они не удались… и, судя по тем обрывкам, которые я могу вспомнить, и по тем чувствам, которые я испытываю, у меня есть подозрение, что неудача произошла по моей вине.

Он внимательно следит за выражением моего лица, как будто каким-то образом может разгадать мой фарс — мои утверждения об обратном. Илрит слегка нахмуривает брови. Я почти ожидала, что он возразит.

Но он, похоже, принимает мои слова за чистую монету, слегка кивая. Полагаю, у него было много любовниц. В это я и решила поверить. Так будет проще, если я буду думать, что для него нет ничего серьезного. Если для него случайная интрижка — это просто.

А если для него это нечто большее… то нам обоим лучше делать вид, что это не так. Если мы не будем говорить о дальнейших привязанностях, то они могут умереть в сомнениях. В неизвестности и недосказанности.

— Как пожелаете, миледи.

Я слегка улыбаюсь. Я ожидала этого… Он знает, что я ходячая мертвая женщина. Так будет проще для нас обоих. Если я скажу себе это достаточно много раз, может быть, я поверю в это.

— Тебе следует отдохнуть, — мягко говорит он. — В ближайшие дни и недели предстоит еще много работы по помазанию.

— Тебе следует уйти. — Я решила проигнорировать упоминание о работе.

— Мне следует, но я, пожалуй, останусь, пока ты не заснешь… полагаю, это тебя не потревожит? — Глубокий голос Илрита наполнен беспокойством.

— Нисколько. — Я зеваю. — На самом деле, ты заставляешь меня чувствовать себя расслабленно и безопасно. — Я закрываю глаза и наслаждаюсь этим ощущением. Несмотря на пробелы в памяти, я уверена, что никто и никогда в жизни не заставлял меня чувствовать себя такой желанной и защищенной. Впервые я чувствую, что могу спокойно лежать, не смыкая глаз, не беспокоясь ни о ком и ни о чем.

Тихо вздохнув, я молча попрощалась со своей семьей и теми немногими друзьями, которые были у меня за границей Фэйда и над морем. Им будет хорошо без меня, так и должно быть. Я не могу вернуться сейчас, и я больше ничего не могу для них сделать, кроме как стать достойной жертвой старому богу. Поэтому я отпустила их.

Следующие несколько дней, недель или сколько там еще осталось, я впервые в жизни буду жить только для себя.

Глава 31

Когда я просыпаюсь, я одна, как он и говорил. Я приподнимаюсь и отталкиваюсь от кровати, руки погружаются в мягкую губку. Конечно же, его нет и следа, что делает весь этот роман похожим на роскошный сон, а не на реальность.

Наверное, это к лучшему, думаю я, с внутренним вздохом падая обратно на кровать. Будет легче притвориться, что все это ничего не значит, если мы не проведем утро, не понежимся в объятиях друг друга, как возлюбленные, которыми мы не являемся. И все же я закрываю глаза. Я представляю, каково это — проснуться с рассветом, когда его тепло все еще окутывает меня.

Я резко открываю глаза, прогоняя опасную дневную мечту. Это были именно те эмоции, которые я не могла допустить. Но игнорировать их стало не легче, когда всего несколько часов назад я заснула в его объятиях.

Это был лучший сон за долгое время, но вместо того, чтобы проснуться отдохнувшей, я устала.