— Да, это очевидно по напряжению пружин и по тому, как она нарисована, — у нее круговая пробка.

Флоренс пришлось поверить ей на слово.

— Допустим, на минуту я тебе поверила. — Ари выглядела мгновенно обиженной, что она подразумевает что-то другое. Флоренс решительно продолжила. — Что это часть схемы настоящей Философской Шкатулки. Зачем Квареху привозить ее в Лум, в сопротивление? Разве это не похоже на то, что он пытается нам помочь?

Арианна не прогадала.

— Он делает это, чтобы заслужить их доверие. Он хочет, чтобы они думали, что могут ему доверять.

— А что, если он хочет, чтобы они так думали, потому что на самом деле могут? — Флоренс покачала головой. — Если бы он просто хотел убедить их в своей вере, разве он не мог бы принести что-нибудь и сказать, что это часть незаконченной Философской Шкатулки? К тому времени, когда они закончат расследование, он мог бы получить то, что хотел.

— Будет реалистичнее, если он принесет им настоящую вещь. — Ари со вздохом положила бумагу обратно на стол.

— Ты сама себе не веришь… — Она встала и сделала шаг к учительнице. Флоренс обхватила ее за талию и прижалась щекой к спине Ари. — Ты хочешь, ты пытаешься, но ты не веришь в свои слова.

— Верю.

— Не веришь.

— Как ты можешь говорить это с такой уверенностью? — ворчала Арианна.

Флоренс тихонько рассмеялась. Ее учительница, дерзкая и красивая.

— Скажи мне вот что: у Квареха все еще целы голова и сердце?

— Да. — Хотя по тону Ари было понятно, что она может пожалеть об этом. Ошибка, которую она, возможно, будет склонна исправить рано или поздно.

— С каких это пор ты щадишь жизнь Дракона, если считаешь его виновным в преступлениях против Лума? Или даже в искренней возможности совершить преступление против Лума? — Флоренс выждала долгую секунду, давая Арианне возможность ухватиться за соломинку в поисках ответа, которого, как она знала, у нее не было. — Верно, не щадишь. Значит, где-то в глубине души ты должна сомневаться в этом. Ты должна задаваться вопросом, правда ли то, что он говорит. Его поступки, должно быть, достаточно ясно отзываются в твоем сердце, чтобы ты поняла, что он не такое зло, каким ты его рисуешь.

— Ты не знаешь его, — прошептала Арианна.

— После всего, что мы пережили? Думаю, у меня есть неплохие мысли. И я думаю, что у тебя тоже. — Флоренс обогнула Арианну, прислонившись к маленькому столику для поддержки. Старшая женщина устало посмотрела на нее. — Ари, я не знаю, с какими демонами ты сталкиваешься. Я знаю, что они есть, но я обещала тебе, что никогда не буду спрашивать. Не позволяй теням прошлого заглушить возможность светлого будущего.

Казалось, она собирается торжествовать. Лицо Арианны расслабилось, но глаза пожилой женщины закрылись, и она сделала глубокий вдох через нос, как бы подстраховываясь.

Арианна открыла рот, чтобы заговорить, но тут дирижабль резко дернулся. Флоренс споткнулась, потеряв равновесие и будучи слишком безнадежно слабой, чтобы поправить себя. Арианна подхватила ее и поддержала, когда снаружи раздался первобытный крик. Они услышали этот звук одновременно, и он смыл серый цвет с их лиц — волшебная молния планера Всадника Дракона.

— Чертовы шестеренки! — Арианна срывала с себя одежду, разбрасывая ее по комнате в поисках сбруи и плаща. — Они не должны были знать, куда мы направляемся. Теперь ты понимаешь, Флор? Он лжет! Он в сговоре с ними.

— Тогда почему они охотятся за ним?

— Это все уловка!

Корабль снова тряхнуло. Флоренс схватилась за стол, чтобы поддержать себя.

— Это довольно смертельная уловка.

— Оставайся здесь. — Ари затянула ремни, нащупала кинжалы, пропустила леску через лебедочный ящик. — Оставайся пока здесь и не появляйся там, где я не смогу тебя найти. У меня такое чувство, что нам нужно будет сойти, прежде чем мы достигнем порта.

Флоренс кивнула, оглядывая комнату и уже составляя список того, что ей нужно собрать.

— Но найди и Квареха.

— О, я найду. — Арианна ушла с убийством в глазах.

Она тяжело вздохнула, прислонившись к столу. Если бы она могла прожить всю свою жизнь, ни разу не встретив ни одного Королевского Всадника, это было бы идеально. Флоренс откинулась на спинку кресла, на мгновение задумавшись, как ей это сделать. Ее рука легла на бумагу, и Флоренс со вздохом подняла ее для проверки.

Такая крошечная вещь вызвала столько драмы в том, что шло так гладко.

Она заметила небольшой участок, который пальцы Арианны закрыли, когда она впервые показала Флоренс страницу. Ее взгляд пробежал по ней раз, два, три раза. На бумаге было нацарапано несколько пометок, оторванных в углу, где рисунок был вырван из более крупной схемы.

Флоренс даже не стала читать, что там написано. Она была слишком увлечена тем, как изогнута буква «h» в шрифте, весом «a», общим наклоном и четкостью букв. Почерк был безошибочным.