— Вряд ли. — Она отвернулась, не сводя глаз с прилавка, где продавали ветряные колокольчики. Кварех ненадолго задумался, не означает ли это слово, что она думает, будто он делает это потому, что это ему нравится. — Что это такое?

— Они издают звук, когда дует ветер.

— Я вижу. — Она отвлеклась от своих мыслей и перевела на него взгляд. — Это для штормовых ветров? Предупреждение?

— Нет, просто потому, что это красиво звучит.

Все ее вопросы были в том же духе. Арианна спросила, почему некоторые дорожки подвешены, а некоторые лежат на земле. Он вспомнил город Ворона и то, что каждый уровень служил отдельной цели. Но на Нове таких мотивов не было. Все было таким, как есть, потому что кто-то был вынужден сделать его таким.

Ее недовольство росло в течение дня. Кварех старался водить ее везде, где ему было хорошо. Он водил ее в свою любимую лавку, к портному, к лучшим мастерам во всей Руане. Но Арианна лишь продолжала отстраняться.

Он был измотан, а ведь он даже не создавал иллюзию.

Они зашли в один из его любимых чайных салонов в более тихом районе города. Обычно он посещал более фешенебельные места, чтобы увидеть и быть увиденным. Но сегодня Кварех избегал их. Он не думал, что он или Арианна справятся с ожиданиями, связанными с появлением на публике. К тому же портной еще не успел сшить ему ничего подходящего для нынешнего сезона. Его точно не увидят в одежде годичной давности — хотя этот факт наверняка уже дошел до ушей сплетников.

Завсегдатаи салона склонили головы, когда он вошел. С толстых балок, прочертивших линии по гипсовому потолку, свисали травы. Они благоухали в воздухе и одурманивали нос, обещая заварку, которая будет еще более восхитительной, чем их аромат. Чайный мастер из-за барной стойки кивнул в знак признания, когда Кварех повел Арианну к железным воротам, служившим задней дверью салона.

Она открывалась в частный сад магазина. Восхитительный уголок Неаполя с благоухающей лавандой, солнечными ромашками, чайными растениями и… Кварех замер. Его любимый аромат витал над всеми в резной беседке, обрамлявшей одинокий столик, приютившийся среди зелени. В воздухе витала жимолость, сладкие цветочные ноты которой одновременно приглашали и успокаивали.

Он вдруг посмотрел на женщину, сидящую рядом с ним.

— Что? — Арианна, как и следовало ожидать, ничего не заметила.

— Ничего… — При одной только мысли об этом он почувствовал на языке вкус ее крови. Неужели он знал об этом с самого начала? Он чувствовал это с первого момента встречи с ней, слабые ароматы, которые всегда оставались на женщине благодаря самой сути ее магии? Запах, который он так любил, был в ее жилах.

Неважно, что он знал раньше. Сейчас она была нужна ему больше, чем когда-либо. Он хотел вонзить свои клыки в ее плоть. Он хотел размазать ее кровь по их плоти, смешав со своей. Он хотел утонуть в ее магии. Он хотел…

— Что я могу для вас приготовить? — Чайный мастер был желанным прерыванием.

— Все, что положено по сезону, — пробормотал Кварех в ответ. Его взгляд остановился на женщине, которая опустилась в одно из трех кресел вокруг стола. Кварех снова сократил расстояние между ними, придвинув свой стул чуть ближе, чтобы сесть. — Ты понимаете, что такое чай?

— На Луме можно найти заваренные травы для лечения простуды и других подобных заболеваний.

Он не смог удержаться от смеха, хотя и знал, что это вызовет ее гнев.

— Это исключительно для удовольствия, а не в лечебных целях.

— Похоже, все, что делают Драконы, делается ради удовольствия. — Она уставилась на сад, и, хотя он надеялся, что в ней промелькнет искра интереса или вдохновения, в ее глазах так и осталось недоумение. — Вы строите для красоты, а не для пользы. Вы тратите бесчисленные часы на украшения. Вы издаете звуки ртом и инструментами, называя их песней, двигаешься под них и называете это танцем, но они не служат какой-то более важной цели. — Она разочарованно покачала головой. — Вы даже не знаешь, откуда берется ваша вода.

Он почти забыл об этом утреннем анекдоте.

— В таких вещах ты не ошибаешься.

— Но что же делать? — спросила она. — Лум дал Драконам золото, планеры, науку, математику, истинный способ понимания мира. Мы…

— Это неправда, — перебил он. — Нова понимает мир так, как не понимает Лум. Мы понимаем его через Двадцать Богов сверху. Мы понимаем его через магию. — Она поджала губы, пока он продолжал. — Ты права, мы не создаем паровых машин и не пишем арифметику, способную поднять людей в небо. Но мы понимаем жизнь, и смысл ее богаче, чем в Луме, и мы создаем радость.

— Син'Рю. — Молодая девушка с кожей Там принесла кружки с жидкостью янтарного цвета. Арианна так пристально посмотрела на нее, что ребенок едва не испугалась.

— Спасибо. — Кварех отстранил ее от себя, избавив от того, что вызвало злобный интерес Арианны.

Девочка поклонилась и повернулась, радуясь возможности убежать.

— Теперь я понимаю, откуда взялась эта идея, — прошептала Арианна.