— Я знаю, что произошло в Гильдии Алхимиков. — Она нисколько не чувствовала себя виноватой перед Софи, так же как не чувствовала себя виноватой в том, что не надавила на Грегори, рассказав о его ошибках. Но она оставалась намеренно двусмысленной. — Я знаю, что Наместник Софи приняла решение оставить часть гильдии умирать. — Флоренс посмотрела прямо на Этель. Если кто и знал правду, так это она. Но лицо Наместника ничего не выдало. — Мне это никогда не нравилось. А в Луме осталось очень мало талантов.

— Ты убила Револьвера в упор на первом Трибунале, — заметил Дав.

— Убила. Но это было другое.

— Как это? — спросила Мастер Эмма, скорее с любопытством, чем с угрозой.

— Потому что он сделал свой выбор. Он выступил против Лума, а я осталась в стороне. Но Томас, Вилли, Шаннра, Мастер Джозеф… — Флоренс посмотрела на Дав. — Ворон, которого ты послала, чтобы он вел нас. — Она почувствовала себя виноватой, что не смогла вспомнить имя парня. — Они все выполняли приказ. Это была ошибка, в совершении которой они не принимали участия и которая стоила им жизни.

— Как ты знала, что сможешь заставить оружие работать? — спросил Мастер Бернард. — Я видел уравнения и детали, которые ты дала Грегори. Как ты пришла к правильному выводу, когда он и все мы не смогли?

Флоренс хотела сказать, что это удача, но это было неправдой.

— Я работала над магическим оружием большую часть своего обучения. В конце концов, я была оружейником у Белого Призрака. — Признаваться в этом сейчас было как-то странно. — Однажды я видела, как оружие, которое, как я могу предположить, было экспериментальным, возможно, украденным, использовалось Всадником против дирижабля, на котором я находилась. Я работала над своим собственным оружием, пыталась воссоздать то, что видела, без помощи «правильного» обучения в гильдии.

— Так что недостаток образования я компенсировала творческим подходом. К тому же… — Флоренс не смогла сдержать легкую улыбку, которая быстро сползла с ее губ из-за серьезности ситуации. — Я знаю, как мыслит Клепальщик. Я знаю, где их разум натыкается на стены и как их обойти.

— Ты можешь воссоздать оружие? — спросил Пауэлл. — Ты помнишь, что ты сделала?

— Конечно, — подтвердила Флоренс. — Но я бы хотела как следует обсудить это с Арианной. Возможно, она сможет предложить что-то новое.

— С ним мы сможем дать настоящий отпор, — пробормотал Бернард. — Регулярные Химеры могут присоединиться к борьбе здесь, на Луме, а большинство Совершенных мы сможем отправить прямо на Нову.

— Более того, мы можем победить. — Флоренс не оставила места для сомнений.

— Мы можем победить, если у руля Револьверов будет сильный лидер. — Флоренс показалось, что Пауэлл сказал нечто странное. Мужчина посмотрел на двух Мастеров Револьверов и задумался, кого бы ему выбрать из них.

— Нам еще далеко до кворума. — Эмма неуверенно оглядела зал. — Я буду голосовать за себя.

— И я тоже. — Бернард бросил взгляд в сторону женщины, которая теперь была его соперницей. — Возможно, другие викарии помогут устранить ничью.

— Я не уверен, что обладаю достаточной квалификацией. — Наместник-Алхимик отстранился от мира и его решений.

— Я отдаю свой голос за Флоренс. — В ушах у нее зазвенело, как будто слова Пауэлла прозвучали как выстрел.

— Что? — Дав прищурила глаза, глядя на Наместника.

— Она сильна, потому что училась у многих гильдий. Она — то, к чему стремится Лум, и то, к чему должны стремиться ученики — к лучшей версии себя через приобретение знаний.

— Этому нет прецедента, — предостерегла Этель.

— Нет прецедента и для жизни в Подземелье. — Дав покачала головой и ущипнула себя за переносицу. Она тяжело вздохнула. — Я тоже голосую за нее. — Наместник Воронов посмотрел на двух шокированных Револьверов. — Ничего личного, просто у меня уже сложились отношения с этой девушкой, а я ненавижу знакомиться с новыми людьми.

— Как вы думаете, Револьверы поддержат это? — Этель была единственной, кто сосредоточился на том, как гильдия воспримет эту новость.

— Мы еще даже не слышали, поддерживает ли это Флоренс. — Бернард скрестил руки и посмотрел на нее.

Флоренс подумала, не стоит ли перед ней еще один Грегори, еще один влиятельный человек, который видит в ней меньшее из-за ее возраста, опыта и опеки. Даже если это не так, всегда найдутся люди, подобные Грегори, стремящиеся подорвать ее на каждом шагу.

Флоренс оглянулась на Пауэлла. Он тоже поднялся нетрадиционным путем, и она была тому свидетелем. Теперь она хотела доказать ему, что он сделал правильный выбор, спасая ее из-под обломков Тер.1. Она хотела, чтобы ее жизнь имела значение.

— Я поддерживаю, — подтвердила она.

— Как, по-твоему, ты можешь возглавить Револьверов, никогда не будучи им по-настоящему? — скептически спросила Эмма.

Это не прямое возражение, с надеждой подумала Флоренс.

— При всем уважении, я была Револьвером с самого рождения.