Кажется, что лед прилип к моим ресницам и губам, когда я поднимаюсь с кровати и оглядываю незнакомую комнату. Она выглядит знакомой — как место, которое я должна узнать, — но это не детская. И не Реквием. В шкафу висят аккуратное пальто и юбка — обе блестящего голубого цвета, а в другом конце комнаты весело потрескивает камин, распространяя вместо тепла прохладу и отбрасывая на стены странный фейский свет. Я поднимаю руку, чтобы посмотреть, как он танцует между пальцами. Как и воздух, этот свет кажется острым на ощупь, словно погружаешь руку в снег.
Башня Шассеров.
Мысль приходит мгновенно, без усилий, и на крыльях одного осознания приходит другое: Я не одна в этой комнате.
Моя голова вращается, словно подвешенная в субстанции, которая легче и тоньше воздуха, но при этом мне не трудно дышать. Рядом со мной на кровати сидят две молодые женщины с напряженными и озабоченными лицами. Они смотрят на третью женщину — та старше, ее длинные черные волосы начали седеть на висках, — которая копается в небольшом столе возле двери.
— Что-то должно быть, — с горечью бормочет женщина, скорее себе, чем остальным. — Вы не могли как следует поискать.
Молодые женщины обмениваются тоскливым взглядом.
— Возможно, вы правы, мадам Трамбле, — говорит первая, крутя на пальце кольцо с лунным камнем.
Вторая сжимает покрытые шрамами руки на коленях.
— Возможно, мы что-то упустили.
Лу и Коко.
И снова знание просто кристаллизуется, как и тот факт, что я знаю этих женщин. Я называю их подругами. От осознания этого во мне вспыхивает предвкушение, и я вскакиваю на ноги, обходя кровать, чтобы встретиться с ними взглядом. Словно почувствовав мое присутствие, Лу напрягается, слегка нахмурившись, но не смотрит на меня. Никто из них не смотрит. Я не уверена, что это должно меня расстраивать. Более того, я не уверена, что вообще должен что-то чувствовать, поэтому я покорно сижу.
У изножья кровати лежит смятое зеленое одеяло, перекинутое через край. Никто не складывает его. Никто даже не прикасается к нему.
Должно быть, я так его и оставила, внезапно понимаю я. Но почему бы им не починить его?
Мадам Трамбле — нет, мама — выпрямляется со знакомыми поджатыми губами. Они обещают целый шквал критики, если Лу или Коко посмеют хоть пальцем переступить черту. К счастью, девочки молчат, наблюдая, как мама складывает на стол книги, украшения и два золотых отмычки.
— В этом году Шассеры должны ожидать от нас нулевых пожертвований. Все они бесполезны. — Мама слишком быстро выдвигает ящик и шипит, когда на ее указательном пальце появляется кровь, а щепка торчит из кожи, как белый флаг капитуляции.
— Мадам Трамбле, — тихо бормочет Лу, — пожалуйста, позвольте кому-нибудь из нас исцелить вас…—
— Ни в коем случае. — Мама выпрямляется, откидывая волосы в сторону, и кровь окрашивает седины в алый цвет. — Простите за откровенность, но магия… ну, она мерзкая. Собственно, из-за нее мы и оказались в этой переделке. Неделя, — процедила она. — Моя дочь пропала неделю назад, и каких успехов вы добились в ее возвращении?
— Обещаю, что мы обыскали Бельтерру больше, чем вы могли бы уместить в этой великолепной сумке. — Лу слабо улыбается — натянуто — и сжимает кольцо с лунным камнем так крепко, что оно начинает плавить ее плоть. Коко протягивает руку и берет ее. Кожа Лу мгновенно успокаивается, а кольцо возвращает себе прежнюю безупречную форму.
Однако они не отпускают руки друг друга.
Вид их сцепленных пальцев наполняет меня чувством одновременно комфорта и тоски.
Мама задвигает ящик на место, и стол начинает дребезжать, а книги — мои книги — опасно покачиваются на полке над ним. Однако почти по волшебству они сдвигаются на дюйм назад, подальше от карниза.
Мама все же замечает это, распрямляя плечи и возмущенно поднимая подбородок.
— Я не одобряю. Что бы вы и ваши… ваши Белые Дамы ни делали, я этого не одобряю.
— Вам и не нужно одобрять, — говорит Коко. Любая другая произнесла бы эту фразу под дых — возможно, с закатыванием глаз, — но она прямо смотрит в глаза мамы. — Мы хотим найти Селию так же сильно, как и вы, мадам Трамбле, и сделаем все необходимое, пока не найдем. В том числе и с помощью магии. Другого выхода нет.
Найти Селию.
Найти Селию?
Смятение кружится в моей голове, как шквал свежих снежинок. Не могу понять, зачем им понадобилось искать меня, если я здесь. Я придвигаюсь ближе к друзьям и кладу свою руку на их. Лу выпрямляется и смотрит на Коко сузившимися глазами.
Возможно, не только я в замешательстве.
— Я здесь, — шепчу я ей.
Мои слова рикошетом отскакивают от стен и отзываются эхом оглушительной тишины. Я сижу в ней, уверенная, что тоже должна была что-то делать. Искать что-то? Нет, наверное, это неправильно. Возможно, мне суждено грустить. Но почему? Почему я не могу вспомнить?