— Ну что ж, — говорит она без обиняков. — Это все меняет, не так ли?

Да, меняет.

Когда она заключает меня в объятия, я не могу остановить первую слезу. Она стекает в ее волосы, когда она смеется и крепко сжимает меня, а Коко спешит присоединиться и обнимает нас обоих.

— Мы скучали по тебе, Селия, — шепчет Коко.

Всхлип захлестывает мое горло, пока мы обнимаем друг друга.

— Я тоже по вам скучала.

Несколько минут спустя Одесса уводит Лу, Коко, Рида, Бо и Жан-Люка в прихожую, ведущую из бального зала, и Михаль делает все возможное, чтобы успокоить своих наполовину исцеленных гостей. По его приказу музыканты осушают несколько кубков крови, а затем возвращаются на свои места на помосте и заводят оживленную мелодию. Десятки слуг пробираются сквозь бунтующую толпу с еще большим количеством кубков — эта кровь почему-то свежая, почему-то теплая — и торопливо разносят их.

Через четверть часа все вампиры в зале снова выглядят яркими, блестящими и новыми.

Кроме их глаз.

Острые и злобные, они следят за Михалем, когда она принимает кубок и выпивает его содержимое одним глотком. Почти мгновенно ожоги на его коже исчезают, превращаясь в гладкий алебастр. Но прежде чем я успеваю подойти к нему, из прихожей появляются Лу и Коко в своих новых костюмах

— Лу в образе стройной черной кошки и Коко в образе зеленой феи.

Я не могу не улыбнуться, когда они направляются в мою сторону.

Мсье Марк, конечно, не успел сшить им костюмы, но он подогнал их по моим описаниям, как мог. Черные колготки и платье Лу подошли ей как перчатка, как и мерцающий изумрудный номер, который он купил для Коко. Михаль подозревал, что по прибытии на Реквием мои друзья захотят произвести фурор, и он оказался прав. Их появление не могло быть более заметным.

Однако с этими костюмами наша ловушка не совсем провалилась.

Если Некромант, где бы он ни находился, стал свидетелем их слишком теплого прибытия, он также станет свидетелем нашего примирения. Для любого наблюдателя мы будем выглядеть как разлученные друзья, собравшиеся на маскарад в Канун Дня Всех Святых, что, в общем-то, так и есть. Мы друзья, собравшиеся на маскарад в Канун Дня Всех Святых, которые, как оказалось, замышляют погубить убийцу-садиста. Инстинктивно мой взгляд обегает комнату в поисках хоть каких-то признаков нового и незнакомого гостя — к сожалению, это невыполнимая задача, ведь мне пришлось бы запомнить каждое лицо в комнате, прежде чем чары были сняты.

— Мяу. — Лу обходит меня по кругу и всерьез осматривает мое платье. — А мы-то думали, что тебя взяли в заложницы. Это настоящие бриллианты?

Мое лицо пылает, когда Коко наклоняется ближе, чтобы осмотреть мою накидку. Злая ухмылка разделяет ее лицо на две части, и она притворно тоскливо вздыхает.

— Подумать только, он мог похитить меня вместо этого.

— Ты ужасно смешная, Козетта. — Бо, которого мсье Марк нарядил в арлекиновый костюм придворного шута, зарычал, когда он ворвался к нам, дергая за слишком короткий рукав с пайетками. Маленькие бубенчики звенят на его шляпе при каждом шаге. — Вы можете в это поверить? Король всей Бельтерры со львом на гербе, а они нарядили меня в клоунский костюм. — Он раздраженно дергает подбородком в сторону проходящего мимо вампира, на котором надета золотая рыцарская кольчуга. — Вот это — костюм для королевской семьи. Я не могу поверить, что это…

Коко со смехом прижимает поцелуй к его щеке.

— Ты здесь не король, Бо.

— Нет, это точно не так. — Лу поднимает брови в знак благодарности, когда к ней подходит Михаль. Видимо, все ее сомнения исчезли, когда он выпил кровь Коко и выжил, чтобы рассказать об этом. Подняв брови, она подталкивает меня в ребра и говорит: — Молодец, Селия.

Если это возможно, мои щеки вспыхивают еще жарче.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Правда? — За всеми этими разговорами на ее веснушчатом лице появляется искренняя улыбка, когда она замечает в толпе Рида. Он следует за Михалем, одетый в механическую маску и темный костюм человека-часового механизма. Его рукава и штанины, однако, были несколько раз закатаны, как будто костюм изначально принадлежал гиганту. Я сужаю глаза на Михале, которая смотрит в ответ с выражением глубокого удовлетворения. — Мне объяснить тебе? — невинно спрашивает Лу.

За спиной Рида стоит Жан-Люк.

Он вообще не носит костюма, на нем лишь простая золотая маска из гипса.

— Я окружил весь замок охотниками, — рычит он на Михаля и встает между Лу и Коко. Он не смотрит на меня. Он вообще ни на кого не смотрит. Скрестив руки, он смотрит на обсидиановый пол так, словно от этого зависит его жизнь. У меня сердце замирает при мысли о том, как он стоит здесь, застыв, в окружении всех наших друзей, но все равно остается один.

Лу неловко кашляет в наступившей тишине.

Не выдержав, я бормочу:

— Привет, Жан-Люк.