С ней рядом я не мог сосредоточиться, а значит, пока она шаталась по острову, миссия была под угрозой.

И, конечно, ни о какой безопасности не могло быть и речи в этом гостиничном номере.

Да, я знал, она привыкла, что я соглашаюсь с ней и реагирую спокойно, но ситуация изменилась.

– Делайла, ты ничего не скажешь маме и сядешь в самолет.

Она уронила одежду, которую начала складывать:

– Прости, что?

– Ты не останешься здесь. Ты должна поехать домой, где…

– Зачем, Данте? – выкрикнула она и вскинула руку. – У меня там ничего нет. Я снова поддамся… – она осеклась и отвела взгляд. Делайла что-то скрывала, и я должен был выяснить, что именно. – Скуке. Мне будет смертельно скучно. Думаешь, мне нравится быть ненужной сестрой, которую никто не помнит? Вероятно, именно по этой причине моя сестра и использовала меня в качестве гребаной приманки.

– Сомневаюсь, что причина в этом, – мы с Иззи оба обдумывали этот вариант, но вряд ли она поступила бы так со своей сестрой.

– Почему нет? Думаешь, она просто позвала меня домой, пока сама развлекалась, незаконно перевозя наркотики? Мы с ней обе знаем, что она красивее и во всех смыслах ярче меня. Никто никогда не забудет ее. Знаю, с моей стороны мелочно и глупо так считать. Я пытаюсь стать лучше и узнать, кто я. Не считаешь, что это справедливо?

Почему я внезапно почувствовал боль в груди? Неужели это болело сердце?

– Дело не в справедливости…

– Возможно, для тебя нет. Но для меня все иначе. Поехав домой, я снова стану прежней версией себя… а я не могу. Не хочу. Там я была несчастна и постоянно думала о… Мне просто нужно держаться подальше от дома. И давай откровенно, никто не скучает по мне, они все переживают за Иззи. Да если я пойду в магазин, минимум пятеро остановят меня, чтобы спросить, как она, чем занимается и когда вернется домой. Ради бога, ты ведь и сам встречался с ней, а в те времена я готова была умереть, лишь бы оказаться на ее месте.

– Делайла, – начал я, стараясь не выдать шок от услышанного признания. Она давно оттолкнула меня. Бросила меня тогда в ванной и велела не звонить ей. Я вздохнул, стараясь оставить прошлое в прошлом, потому что ситуация выходила из-под контроля, а мы даже не продумали следующий шаг операции. – Если ты хочешь, чтобы я извинился за…

– Боже, зачем? Теперь мне все равно, – она поморщилась, словно я вдруг стал ей противен. Да, я – парень, который заставил ее кончить в ванной, пока ее мама стояла за дверью. Парень, который лишил ее девственности и подарил множество оргазмов. Именно тот, с кем она обещала встречаться, но спустя несколько недель нарушила обещание.

– Все равно? Отлично, но я все же выскажусь. В то Рождество именно ты спрыгнула со столешницы в ванной и заявила, что нам лучше остаться друзьями. Ты сказала, что не хочешь меня, даже когда мы оба еще чувствовали во рту вкус твоего наслаждения. Так что, если с тех пор я перетрахал полстраны – включая твою сестру, – тебя это точно волновать не должно, – все мои попытки забыть ее явно потерпели неудачу.

Лайла шокировано открыла рот, словно не могла поверить, что я выдал такое.

– Вкус моего… ты не можешь говорить мне такое.

– Я буду говорить тебе все, что захочу, и впредь не стану подслащивать пилюлю. Мы взрослые люди, – Делайла не понимала, что я изменился. Раньше я плыл по течению, легко относился к происходящему, и да, многие жители нашего маленького городка находили это очаровательным. С тех пор же я побывал в разных ситуациях и принял другую сторону своей натуры.

– Ничего себе. Рада, что меня повысили из младшей сестры до взрослого человека. В таком случае скажу вот что: прекратив тогда наши отношения, мы, несомненно, поступили правильно. Теперь мы совершенно разные люди. Например, я не стала бы обманывать свою семью так, как сделали вы оба. И не хочу иметь ничего общего с тем, кто бросает мне в лицо слова о вкусе моего же наслаждения.

Надо было пойти в машину помедитировать или сделать еще что-нибудь. Эта девушка обладала способностью в считанные секунды свести меня с ума.

– Уверена в этом? – я подошел вплотную к Делайле, и у нее перехватило дыхание. – Кажется, я припоминаю, как тебе нравились мои грязные разговорчики, пока ты сидела там, раздвинув для меня ноги.

Она облизала губы и сжала руки в кулаки. Я заметил, как она опустила взгляд на мой рот, но тут же отвела его и сделала большой шаг назад.

– Данте, то, что мы несколько раз трахались, не означает, что ты нравился мне больше других. Раньше я хотела встречаться с тобой, но теперь нет.

Это признание уничтожило меня. Разве она не знала, что когда-то была для меня всем? Стоило мне подумать об этом, как мой гнев испарился, и на ее правду я ответил своей:

– Лайла, а вот я всегда был готов встречаться с тобой. Я пытался.

– Нет, я просто… я не… – она покраснела и покачала головой, как будто не нуждалась в моей правде, однако все равно не могла отмахнуться от нее.