Я закрываю рот, потому что она права. Спросив, все ли с ней в порядке, я подразумеваю, что мне не все равно на нее. А мне как раз таки абсолютно все равно.

Когда я переключаю машину, мои потрескавшиеся костяшки пальцев напоминают мне, что это так. Иначе я бы не ударил своего друга из-за девушки. Второй раз за столько дней.

От этой мысли мой желудок сжимается.

Я въезжаю на ее подъездную дорожку и останавливаюсь. Она не произнесла ни слова за пятнадцать минут. Она печатала на своем телефоне. Я открыл рот, чтобы спросить ее, кто это, сотни раз, но так и не смог. У меня такое чувство, что я все равно знаю, кто это. Она потянулась к двери.

— Остин…?

Она выходит и захлопывает дверь, прежде чем я успеваю сказать что-то еще. Я сажусь, провожу рукой по волосам в расстройстве. Затем я ставлю машину на передачу и, визжа шинами, объезжаю подъездную дорожку, чтобы отправиться домой.

Я вхожу в тихий дом и поднимаюсь в свою комнату. Как только дверь закрывается, звонит мой телефон.

— Алло?

— Привет, чувак, — приветствует меня Дик. — Я просто хотел извиниться. Ты же знаешь, что я просто подкалывал ее, верно? Я не собирался ее трогать.

— Да, — говорю я, выпуская длинный вздох. Я не остановил его, потому что мне нравилось выражение страха в ее глазах. То, как она смотрела на меня в поисках помощи. Я хотел, чтобы она знала, что она сама по себе. Посмотреть, что она будет делать. Будет ли она бороться.

— Киллан ушел, — говорит он, привлекая мое внимание.

— Ушел как?

— Типа поднял руки вверх, сказал, что пошли мы все, и ушел.

Хорошо.

— Да пошел он! Он дерьмом меня поливает, и я устал от этого.

Он начинает смеяться.

— Ты должен признать, что это дерьмо было забавным.

Я хмыкаю. И его смех стихает.

— Мы дадим всему неделю. Посмотрим, утихнет ли это.

— Звучит неплохо, — говорю я, и мы вешаем трубку.

Я снимаю теннисные туфли, рубашку и джинсы. Затем я подхожу к своему комоду и достаю шорты для плавания. Я надеваю их, беру полотенце и спускаюсь вниз к бассейну.

Ночной воздух прохладный, но звезды уже погасли. Я ныряю в бассейн, и хлорка обжигает порезы на костяшках пальцев. Выныривая, я плаваю на воде.

Когда я остаюсь наедине со своими мыслями, воспоминания пытаются утянуть меня под воду. И это не только мои друзья, но и моя мама. Боже, как же я по ней скучаю. Каждый раз, когда я смотрю на Лилли, я вижу ее. Я чувствую ее. Я думаю, поэтому мой отец так ненавидит свою дочь. Но это не вина Лилли. Она не просила, чтобы ее рождали, не простоа мать, которая умерла.

Я ныряю под воду, отталкиваюсь от стенки бассейна и плыву. Мое плечо ноет. Четыре месяца физиотерапии помогли ему, но ничто его не обезболивает. Сломаные ребра и коллапс легкого зажили отлично, но плечо всегда будет напоминать о том, что ошибка стоила мне трех жизней. Трех лучших друзей. У меня в телефоне до сих пор есть их номера. Их последние сообщения. Иногда, когда я остаюсь один, я читаю их, как будто они только что отправили их мне.

От этого у меня сводит живот и сдавливает грудь.

— Мэддокс! — кричу я. — Мэддокс! Ну же, парень. — Я опускаюсь на колени над его окровавленным лицом, когда он лежит посреди улицы. Я ощупываю его шею в поисках признаков жизни.

— Коул? — Меня зовут сзади.

Я подбегаю к Илаю. Он сидит в канаве, кашляя. Кровь течет по его рту, заливая рубашку.

— Держись. Помощь уже идет, — говорю я, хватаясь за плечо.

— Он мертв, не так ли? — спрашивает он, глядя на Мэддокса. Я не могу ответить. Не могу заставить себя произнести эти слова.

— Где Лэнден? — спрашиваю я. Оглянувшись, я вижу перевернутую машину посреди дороги впереди нас. Разбитое стекло и пивные банки усеивают тротуар. Передняя часть отсутствует. Верхняя часть помята от удара о камни. Илай снова начинает кашлять, и кровь вытекает у него изо рта.

— Коул. — хрипит он. — Пожалуйста, не дай мне умереть.

Моя и без того тесная грудь сжимается еще больше, и я с трудом перевожу дыхание.

— Ты не умрешь, — обещаю я ему.

Его большие карие глаза встречаются с моими.

— Пожалуйста…

Я проплываю десять кругов. Мои мышцы болят, и я тяжело дышу. Думаю, я достаточно вымотался, чтобы лечь спать. У меня проблемы с засыпанием по ночам. Чаще всего я забираюсь в постель к Лилли. Она помогает успокоить моих демонов.

Я вылезаю из бассейна и хватаю полотенце, вытирая лицо.

— Дик? — удивленно спрашиваю я, когда замечаю его. Он подходит ко мне с заднего крыльца. — Что ты здесь делаешь?

— Я звонил тебе.

— Мой телефон наверху. В чем дело?

— У нас проблема.

Я вздохнул.

— Что теперь?

Он протягивает свой телефон, и я прищуриваюсь, чтобы посмотреть на картинку, которую он мне показывает. На ней изображен парень по имени Нейт Вакс, пьющий из бочонка.