Любой может подписать бумагу. Я хочу, чтобы он знал, что я на все сто процентов согласна. Я отдам ему всё, что он захочет, включая свою душу. Лорд не требует меньшего.

Хейдин поднимает руку и касается моей щеки, проводя большим пальцем по моим приоткрытым губам, и его собственные растягиваются в улыбке.

— Ты клянешься быть моей, куколка.

— Мы клянемся, — произносим мы в унисон, и затем его губы снова оказываются на моих, пожирая меня, как монстр, которым я его считала.

Хейдин

На вкус она как виски, которое она выпила, словно ей нужно было набраться храбрости, чтобы доверить мне свою жизнь. Что бы ни заставило её почувствовать себя лучше в роли моей жены.

Мои руки опускаются на её бедра, и я помогаю её киске войти в мой член. Я хочу прижать её к себе, засунуть ей вибратор и смотреть, как она кончает, снова и снова, пока я буду говорить ей, какая она красивая. Но не сегодня. У меня впереди вся оставшаяся жизнь, чтобы заниматься этим. Не важно, какой длинной или короткой она будет.

Она запрокидывает голову, и дом наполняется её стонами. Я отпускаю её бедра, хватаю за руки и завожу их ей за спину. Одной рукой я обхватываю её крошечные запястья, держа их параллельно друг другу, а другой запускаю пальцы в её длинные темные волосы. Я наклоняю её голову, чтобы она посмотрела мне в глаза.

— Смотри на меня, куколка. Я хочу посмотреть, как моя жена кончит на мой член.

Её тяжелые глаза изучают мои, в то время как её влажная киска сжимает мой проколотый член. Её бедра покачиваются взад-вперед, и я нежно целую её приоткрытые губы. У неё перехватывает дыхание, и я улыбаюсь, смотря, как трепещут её ресницы.

— Вот так, Шарлотта. Кончи для меня, куколка.

— Хей-дин, — выдыхает она, и я наклоняюсь, завладевая её губами, на этот раз целую её с силой. Мой рот овладевает её, когда она делает именно то, что я хочу. Отстраняясь, она делает глубокий вдох.

— Вот моя хорошая девочка, — я отпускаю её запястья, и её руки опускаются по бокам.

Я встаю, прижимая её к себе. Мой твердый член всё ещё находится в её влажной киске, покрытой её спермой, когда я несу её в нашу спальню. Забравшись на кровать, я убираю волосы с её лица. Её тяжелый взгляд встречается с моим, и я беру её за дрожащие ноги и прижимаю её колени к покрытой потом груди. Затем я хватаю её за руки и скрещиваю их за согнутыми коленями. Я удерживаю их на месте, наблюдая, как мой член входит в её влагалище снова и снова.

Её тело сопротивляется моей хватке, но я не отпускаю её. Я трахаю её так, словно она шлюха, за которую я заплатил, а не женщина, на которой я только что женился.

— Черт, Шарлотта, — я стону, стиснув зубы от того, как её киска обхватывает мой член. — С тобой так хорошо.

Я никогда не думал, что секс может быть таким приятным, и всегда хотел чего-то другого… чего-то новенького. Вот почему я решил платить за это. Одна женщина на всю оставшуюся жизнь? Это звучало скучно. Обыденно. Но моя жена — это всё что угодно, только не это.

— Пожалуйста… — умоляет она мягким голосом, вырываясь из моих объятий.

Раздвигаю её ноги влево, переворачивая её на бок, но всё ещё удерживаю на месте. Мой член с пирсингом врезается в неё, наполняя нашу спальню её тихими криками. Я поднимаю свободную руку, хватаю её за волосы и запрокидываю её голову назад, чтобы наклониться и поцеловать в нежную щеку. Она напрягается, и я улыбаюсь ей в лицо.

— Это хорошая жена. Позволяешь мне использовать тебя, как шлюху, которой ты для меня и являешься.

Она задыхается, её тело дрожит, и я приподнимаюсь, врезаясь в неё ещё несколько раз, прежде чем кончить в неё.

Когда я отпускаю её, она тихо вскрикивает и вытягивается подо мной. Быстрый взгляд на часы на прикроватной тумбочке сообщает мне, что пора уходить, если я хочу успеть в собор вовремя.

— Мне пора, куколка.

Как будто я только что окатил её холодной водой, она широко раскрывает глаза и садится.

— Я пойду собираться, — она пытается выбраться из-под меня, но я хватаю её за запястья и прижимаю их к её голове.

— Хейдин…

— Ты остаешься здесь.

— Что? — выдыхает она. — Хейдин, нет…

— Да, — я прерываю её, — ты никуда не пойдешь, — я выхожу из её киски и встаю с кровати.

Лорды уже начали портить мой брак и сексуальную жизнь.

Она вскакивает с кровати на дрожащих ногах и свирепо смотрит на меня.

— Они хотят, чтобы я была там. Не ты.

— Что ж, теперь им придется иметь дело со мной, — я натягиваю боксеры, а затем джинсы.

— Если я не появлюсь, они подумают, что я трусиха, — она раздраженно вздыхает.

Не снимая джинсов, я подхожу к ней и обхватываю ладонями её лицо, заставляя встретиться со мной взглядом.

— Ты не трусиха.

Она фыркает, закатывая глаза.