— Ты пыталась сказать нам, что это произойдет. Все, о чем я прошу тебя сегодня, это чтобы ты использовала свою силу Сенешаля, чтобы блокировать любые союзы с Подводными.

— Да, — говорю я, думая о Никасии, об Оуке и обо всех моих планах. — Это я могу гарантировать. 

Живой Совет собирается в огромных покоях Верховного Короля вокруг стола, на котором вырезан символ семьи Гринбрайр, — цветы и шипы с витыми корнями.

Нихуар, Рандалин, Бафен и Миккель сидят, а Фала стоит посреди комнаты и поёт маленькую песенку:

Рыбы. Рыбы. На ноги встали.

Женись на рыбе и жизнь будет сладка.

Обжарь её на вертеле и кости отбери.

Кровь рыб на вершине трона будет холодна.

Кардан с драматическим вздохом опускается на ближайшую кушетку, игнорируя стол.

— Это нелепо. Где Никасия?

— Мы должны обсудить это предложение, — говорит Рандалин.

— Вы предлагаете согласиться? — усмехнулся Мадок, садясь за стол. — Как это будет выглядеть? Не уверен, что это не будет так, будто он женится на девушке из-за угроз, потому что земля боялась моря и капитулировала перед его требованиями.

— Может, это было немного жестко, — говорит Нихуар.

— Время готовиться, — говорит Мадок. — Если она жаждет войны, мы можем дать ей это. Я лучше вытащу каждую крупицу соли из моря, чем позволю Эльфхейму дрожать от гнева Орлаг.

Война — именно то, чего я и боялась, что Мадок может принести её нам, и всё-таки теперь она пришла сама, без его вмешательства.

— Ну, — говорит Кардан, закрывая глаза, будто собирается просто вздремнуть. — Тогда мне не нужно ничего делать.

Губы Мадока изогнулись. Рандалин выглядел немного расстроенным. Так долго он хотел, чтобы Кардан появился на заседаниях Живого Совета, но теперь он и не уверен, что делать с его присутствием.

— Вы могли бы взять Никасию в качестве консорта, не жены, — говорит Рандалин. — Чтобы она родила вам наследника, который будет править и сушей, и морем.

— Теперь я не должен вступать в брак по приказу Орлаг, только плодить наследников? — требует Кардан.

— Я хочу услышать, что думает Джуд, — говорит Мадок к моему огромному удивлению.

Остальная часть Совета поворачивается ко мне. Они, кажется, совершенно сбиты с толку из-за слов Мадока. На встречах моя единственная ценность — связь между ними и Верховным королём. Теперь, когда он был прямо здесь и говорил за себя, я могла бы быть всего лишь одной из маленьких деревянных фигурок на доске для стратегии из-за всего, что они ожидают от меня.

— Зачем? — хочет знать Рандалин.

— Потому что мы не обращали внимание на её слова раньше. Она сказала нам, что Королева Подводного мира собиралась действовать против земли. Если бы мы прислушались к ней, то сейчас бы не начинали быстро разрабатывать стратегию и спорить.

Рандалин морщится.

— Это достаточно справедливо, — говорит Нихуар, как будто пытается придумать как объяснить этот знак компетентности.

— Возможно, она расскажет нам еще что-то полезное, — говорит Мадок.

Брови Миккеля поднимаются.

— Есть еще что-то? — спрашивает Бафен.

— Джуд? — зовёт Мадок.

Я взвешиваю свои следующие слова.

— Как я уже сказала, Орлаг общается с Балекином. Я не знаю, какую информацию он ей передаёт, но море отправляет народец на землю с дарами и сообщениями для него.

Кардан выглядит удивлённым и подавленным. Я понимаю, что забыла рассказать ему о Балекине и Подводном мире, хотя рассказала Совету.

— А ты знала о Никасии? — спрашивает он.

— Я… — начинаю я, хотя, кажется, провалилась.

— Ей нравится рассказывать секреты только Совету, — говорит Бафен с хитрым взглядом.

Как будто это моя вина, что никто из них меня не слушал.

Рандалин начинает злиться:

— Ты никогда не объясняла, как узнала об этом.

— Если вы спрашиваете, есть ли у меня секреты, я могу спросить вас о том же, — напоминаю я ему. — Раньше вас не интересовали мои.

— Принц земли, принц волн, — говорит Фала. — Принц заточения, принц мошенников.

— Балекин не стратег, — говорит Мадок, и это очень близко к признанию того, что он стоял за казнью Элдреда и его семьи, как никогда. — Хотя он амбициозен и горд.

— Однажды отвергнешь море, мы возьмем твою кровь, — говорит Кардан. — Это об Оуке, как я понял.

Мы с Мадоком быстро переглядываемся. Мы согласны в одном: Оук должен быть в безопасности. Я рада, что он отсюда далеко, внутри страны, и шпионы, и рыцари присматривают за ним. Но если Кардан прав на счёт того, что означает эта строка, мне интересно, понадобится ли ему больше защиты, чем уже есть.