— Попробуй еще раз, - рычу я. Моя рука едва сжимается. Хватка достаточно крепкая, чтобы заставить ее приостановиться, но не настолько крепкая, чтобы я действительно захотел ей сделать больно. Достаточно, чтобы ее лицо стало розовым, а ноги дрожали от желания. Лицо Ривер краснеет от гнева, и ее глаза с яростью устремляются на меня.

Она упирается в мою руку. — Как будто я когда-нибудь буду стонать для тебя.

— Именно это ты и делала все это время. Не притворяйся, что ты не представляешь себе мой член глубоко внутри тебя. - Моя хватка немного ослабевает. — Ты хотела поиграть. Теперь попробуй еще раз, - требую я, повышая голос.

Ее ноздри раздуваются, и она с вызовом смотрит на меня. Я отбрасываю ее в сторону, и через две секунды ее спина оказывается прижатой к полкам. Ее руки хватаются за меня, чтобы удержаться. Думаю, она еще не осознала этого.

— Что случилось, Ривер? Теперь ты не такая смелая, да? Ты любишь прятаться от своей правды. Ты предпочитаешь лгать нам обоим и притворяться, что любишь этот кусок дерьма, вместо того, чтобы признать, что тебе нужен кто-то получше. Ты думаешь, Райан сможет позаботиться о тебе так, как я, да? Ты думаешь, что он заставляет тебя чувствовать себя королевой, а на самом деле он обращается с тобой как с гребаной крестьянкой.

Я подхожу к ней ближе, мой гнев нарастает. Она скулит, вжимаясь спиной в полки, дерево не поддается. И, как я и предсказывал, ее глаза расширяются от вожделения, такого сильного, что она даже не понимает, что чувствует.

— Тебе не нравится, как Райан причиняет тебе боль, Ривер, не то что мне, мать твою. Его боль приносит тебе только горе и муки, а моя - желание, с которым ты даже не знаешь, как справиться. Сейчас. Попробуй. Еще раз.

Вдох прорывается из нее через зажатые дыхательные пути, и вместе с ним раздается такой чертовски музыкальный звук, что я едва не стону. Мое имя. — Мако, - прохрипела она.

Она так возбуждена, что даже не осознает, что ее киска прижимается к моей ноге. Если бы на ней не было джинсов, я бы почувствовал, как ее соки просачиваются на мои брюки. Весь ее план провалился. Эта девушка любит игнорировать то, что находится прямо перед ее лицом.

К черту. Я не хочу ее спасать. Я хочу, блядь, забрать ее. Я украду ее у своего брата, прямо из его ничтожных рук, и оставлю ее себе. Я покажу ей, каково это - быть с настоящим мужчиной. С мужчиной, который действительно относится к ней как к королеве. Тот, кто удовлетворит любое ее желание, будет относиться к ее телу так, словно оно - моя самая ценная вещь, и покажет ей счастье, о существовании которого она еще не знает.

— Я ненавижу то, что я хочу тебя, - шепчет она. Мне кажется, что она не хотела произносить это вслух.

— Правда? А мне, оказывается, это очень нравится. - Мне нравится, что я ее пугаю. Если это ее пугает, значит, это реально. То, что мы чувствуем друг к другу, чертовски реально.

Она качает головой, как будто отмахивается от моих слов. Королева игнорирования.

— Мако, - умоляет она. — Мы не должны этого делать. Я не изменяю. - Ее тело снова прижимается к моей ноге, опровергая ее слова, как только они вылетают из ее рта. На моем лице появляется злая ухмылка.

— Тогда я обещаю не целовать и не трогать тебя, - говорю я и улыбаюсь еще шире, когда в ее глазах мелькает разочарование. Но я не говорю ей об этом. Вместо этого я слегка касаюсь губами ее шеи, и нежная кожа покрывается мурашками. Ее пульс бьется о мои губы. Я чувствую эти вибрации, даже когда медленно двигаюсь к ее уху.

— Но это не значит, что я не могу смотреть, как ты ласкаешь себя, - шепчу я. Маленький вздох вырывается из ее мягких губ. Она останавливает круговые движения бедрами, которые она непроизвольно совершала. Я делаю шаг назад, завороженно наблюдая, как румянец поднимается к ее шее.

Такая чертовски красивая.

Я жду. Она борется с собой, и я не собираюсь ее ни к чему подталкивать. Вот чего Ривер еще не понимает. Со мной у нее есть выбор. И даже если так не кажется, именно она всегда контролирует ситуацию.

Ее золотистые глаза наконец поднимаются и встречаются с моими - это лужицы расплавленного огня. Когда она поднимает руку и расстегивает пуговицу, я чувствую, как еще одна лукавая улыбка тянется к моим губам. Похоже, она не против быть плохой.

С терпением, которого у меня нет, она расстегивает молнию на своих джинсах. Зацепив большими пальцами края брюк, она стягивает их по гладким ногам. Идеально. Боже, она идеальна. Кремовая кожа заполняет мой взгляд, когда она снимает джинсы и прислоняется к книжной полке. С грацией львицы она кладет обе руки на верхнюю полку и приподнимается, раздвигая ноги. Черные кружевные трусики прикрывают ее самое интимное место.

Мне приходится прикусить внутреннюю сторону щеки, чтобы не разорвать ткань зубами и не полакомиться ею.

— Мне тоже можно смотреть на тебя, или ты эгоистичный любовник?