В голове мигом пролетает гордость мамы, а перед ней фраза, которую она когда-то мне сказала: «Не подобает молодой девушке баловаться алкоголем». И я не горю желанием пробовать.

– Какая прелесть, – говорит парень, а губы его так и норовят сложиться в ухмылку.

Новенький берёт со стола красный пластиковый стаканчик и опустошает его. Когда он это делает, его рубашка слегка приподнимается, и я вижу часть его живота – плоского и состоящего из сплошных кубиков.

Сглатываю и вовремя отворачиваюсь, чтобы не попасть в очередную неловкую ситуацию.

– Сходишь со мной на свидание?

Такого вопроса я не ожидала. Это даже не вопрос, а сплошной повтор. Издевательство над собой же. Или он думает, что я успела передумать?

– Нет, – отвечаю я. – Ничего не изменилось.

– Тогда хотя бы друзья?

Медленно киваю, сперва неуверенная в своём ответе, а он кивает в ответ. При этом я думаю, как бы я повела себя, если бы мои родители не были Джереми и Мэри Норвуд. Если бы моё воспитание было совершенно другим. Сказала бы да? Пошла бы на свидание?

Отгоняю мысли прочь.

– Ещё увидимся, Каталина, – говорит новенький.

Выходит из комнаты, и я наконец пользуюсь появившейся привилегией дышать спокойно.

Бесконечно думаю, вспоминаю, не могу найти себе места.

И зачем из имени делать такой секрет?

Почему-то начинаю перебирать в своей голове возможные варианты. Джейк, Питер, Брайан… Может, Тим, Гарри, Уильям или Стив?

Встаю с дивана, выхожу в коридор, делаю это осторожно, чтобы убедиться в том, что он давно ушёл. Натыкаюсь на веселящихся парней и девушек. Никто из них не обращает на меня внимания, все заняты своей дозой алкоголя, поцелуями и бесконечными танцами под электронную музыку.

Протискиваюсь во двор, становлюсь частью немного иного мира: здесь более спокойно, чем внутри. Прохожу вдоль бассейна, пытаюсь не попасть под брызги, ложусь на один из лежаков. На столике рядом со мной стоят несколько нетронутых бутылочек с фантой, и я беру одну.

– Ах ты сука! – кричит кто-то весело, и оказывается, это один из дружков Дилана падает в бассейн с воплями, а остальные весело кричат и смеются.

Я даже вижу своих новых знакомых, неподалёку пускающих фейерверки.

Задний двор освещён лампочками, висящими над нашими головами и прикреплёнными к деревьям по сторонам от бассейна. Смотрю на Ирэн, которая вновь разговаривает со Скоттом по телефону. До меня доносятся разные обрывки фраз вроде: «Мой сладкий» или «Я так люблю тебя», и я в очередной раз удивляюсь чему-то подобному со стороны своей «стервозной» подружки.

– Лина, иди к нам. – Дилан подходит ко мне, и в нос бьётся сильный запах алкоголя, тут же подсказывая мне, что брат уже достаточно много выпил. – Ты же любишь купаться в бассейне.

– Не хочу, – коротко отвечаю я.

– Почему?

– Просто не хочу.

Дилан наклоняется ко мне и смотрит в глаза. Вижу, как он в подозрении щурится, а затем спрашивает:

– Что случилось? Кто испортил тебе настроение?

В его голосе чувствуются строгость, возмущение, злость и нежность одновременно.

– Никто не портил мне настроение, – бурчу я. – Честно. Я просто не хочу купаться, вот и всё.

Брат порывается сказать что-то ещё, но его перебивает неожиданно подбежавшая к нам Франческа. Она пьяна, глаза слегка покраснели, движения не ровные, но ей без проблем удаётся выглядеть сногсшибательно даже при таком раскладе. Её золотистые волосы распущены, и небольшой локон с одной стороны закреплён при помощи чёрной невидимки с небольшим искусственным цветочком. А белое короткое платье с ромашковым принтом подчёркивает её модельную фигуру.

– Дилан, ну идё-ё-ё-м, – протягивает она, чмокая его в губы, и от такой картины прямо передо мной хочется поскорее убежать.

Я всё ещё не разобралась, как отношусь к Франческе после рассказа Дилана. Но точно не восторгаюсь ей как мой братец, ослеплённый любовью. Что-то среднее между ненавистью и неприязнью, но уже в лёгкой форме.

Она не смотрит на меня, продолжая тянуть Дилана к себе, на что он поворачивается к ней и, ухмыляясь, спрашивает:

– Ты пьяна больше меня. Думаешь, справимся?

– Это нам не помешает, – отвечает она, закусив губу.

Округляю глаза, поняв суть их диалога, затем резко встаю с лежака, при этом чуть не свалившись в бассейн.

– О боже! – громко произношу я и быстро улепётываю оттуда, стараясь отойти на то расстояние, с которого ни Дилана, ни Франчески видно не будет.

Выхожу из дома во двор с другой стороны, где царствует полная тишина. Чувствую, как голова расслабляется, как расслабляется всё тело. Блаженство, никак иначе. Музыка всё ещё грохочет, но она уже не тревожит мои барабанные перепонки так сильно. Большое количество автомобилей, принадлежащих друзьям Дилана, припарковано вокруг, но людей совсем не видно.