– Почему ты не рассказывал мне о том, что это ты увёз Тео? Что он никуда не сбегал.

Этот вопрос срывается с моих губ совершенно бесконтрольно. Он не оставлял меня в покое. Наверное, поэтому решил самостоятельно вырваться на свободу, чтобы я получила ответ. Гай замирает.

– Это так важно? – спрашивает он после небольшой паузы.

Ох, получается, никаких вопросов по типу: «Откуда ты знаешь?». Выходит, он уже в курсе. Неужели Тео проболтался?

– Просто… – начинаю я. – Не знаю. Ты говорил, что он исчез, и ты не знаешь, где он. А потом я… встречаю его в Вегасе. Ты в курсе, что он встречается с моей тётушкой?! А она старше его лет на пятнадцать или даже больше, это точно!

Гай наклоняется к полу, давая мне слезть, а потом встаёт. Он выглядит обеспокоенным и смущённым одновременно.

– Что?.. Нет, я не знал… – отвечает, взглянув на меня.

– Как давно ты его видел?

– Я встретил его в казино, когда оставил тебя с Зайдом.

У меня открывается рот от удивления. Вот придурок! Явился в заведение, в котором находились люди Гая. Те, от кого старший брат его всё это время прятал.

– Как так получилось? – поражаясь, взмахиваю я руками.

– Что именно?

– То, что он твой брат! Вы не похожи. Абсолютно.

Гай издаёт смешок.

– Такое иногда бывает, милая. Ты ведь тоже не похожа на своего брата. И совсем не похожа на мать.

– Раньше была похожа. – Я подхожу к нему, беру за руку, касаясь его светлой кожи, которая контрастирует с моей смуглой. – До того, как познакомилась с тобой.

– Скажи честно, – Гай перехватывает мою ладонь, – ты считаешь нашу встречу благословением для себя или скорее проклятием?

– Ох, какой глупый вопрос.

– Достаточно умный, чтобы ты по-настоящему задумалась.

Ответ рвётся только один: встреча с ним стала моим спасением. Я была слепа, не жила, а существовала, каждый свой день проводя одинаково, выполняя повеления родителей. Кто знает, как сложилась бы моя жизнь, не появись Гай – с книгой в руке, в библиотеке, весь в чёрном. С самого начала таинственный и обещающий мне много сюрпризов. Сейчас я смотрю в его потрясающие глаза и понимаю, что он – всё, что мне было нужно, пока я упрямо отрицала это, обманывая саму себя. Я не жалею ни о чём. Поднимаю руку, касаясь его волос, перебирая локоны пальцами. Он на мгновение закрывает глаза, как будто наслаждаясь этим мимолётным прикосновением.

– Я люблю тебя, Гай Харкнесс, – говорю, улыбаясь.

Он вздыхает.

– Каталина, какой же властью ты обладаешь надо мной… Ты даже не представляешь. Ты можешь управлять мной, как тебе заблагорассудится, как никто не может, и я даже не буду против. Скажи лишь слово, и я всё сделаю.

На секунду я опускаю голову, набираясь смелости рассказать ему о том, что знаю. Я давно храню в себе эту информацию. Думала, больше никогда не представится возможность поделиться ею с ним, но… кажется, время пришло.

– Выслушай меня прямо сейчас, – произношу я осторожно, вызвав у него заинтересованность. – Речь пойдёт о моём отце.

Гай вздыхает, явно показывая, что не хочет о нём говорить.

– Не волнуйся, Каталина. Я его не трону. Ни я, ни мои люди, ни моя семья.

– Нет. Я не об этом.

– А о чём же?

Теперь вздыхаю я. Как тяжело мне даётся упоминать папу рядом с ним, понимая, какую боль это приносит Гаю. Тянет за собой страшные воспоминания.

– Я думаю… я почти уверена в том, что твою маму убил Вистан. Может, не своей рукой, но это было сделано точно по его указу.

По глазам видно – Гай мне не верит. Я решаю добавить голосу твёрдости:

– Папа… когда-то любил твою маму, Гай.

Его брови взлетают вверх. Даже рот слегка приоткрывается, показывая часть белых зубов.

– Что?.. – изумлённо произносит он. Меня радует этот тон. Он, чёрт возьми, явно мне поверил!

– Да. Я понимаю твой шок. Я сама от этого чуть с ума не сошла. Но так и есть, да. И… папа хотел её уберечь. Точно так же, как ты Тео. У них был план, он намеревался дать ей свободу, дать сбежать. Но. – Сглотнув, я пытаюсь набраться мужества, чтобы продолжить говорить. Это даётся мне гораздо труднее, чем я думала. – Но твой отец об этом узнал. И решил, что они… вступали в связь. Ты ведь знаешь, как твой отец мог на такое отреагировать.

Всего за несколько секунд в зелёных глазах передо мной собирается невообразимый ужас осознания. А я вынужденно наблюдаю за этим. Боже, он мне верит. Не отрицает, не придумывает оправдания, не пытается найти ответ, который бы всё объяснил. Он просто меня слушает.