— Ну, кино явно с высоким рейтингом, скажем старинный фильм ужасов. Я никогда никого не привозил в этот дом. Да и купил его под великим секретом, это было мое логово. Убежище так сказать. «А женщины? Он приводил сюда своих женщин? Сколько их у него было? Десятки, сотни, тысячи. Через сто лет он даже не вспомнит обо мне» Марианне стало страшно, что сейчас он снова отдалится. После каждого шага вперед в их отношениях неизменно случались два шага назад. Ник отдалялся еще дальше чем до того как сблизился с ней. Сейчас он сделает тоже самое, уедет и поручит ее заботам Криштофа.

— Только не отдаляйся от меня опять. Не оставляй меня одну, — попросила она тихо и сцепила пальцы. Но вопреки ее предположениям, он неожиданно оказался позади нее, и положил руки ей на плечи, касаясь ее шеи. По телу Марианны пробежала легкая дрожь. Мягкие прохладные подушечки его пальцев воспламеняли ее кожу, заставляли кровь приливать к голове и к низу живота. Тут же пронеслись воспоминания, как эти руки ласкали ее тело. Грудь болезненно заныла, соски тут же сжались в тугие комочки. Его губы коснулись ее уха и он так же тихо прошептал:

— Уже не смогу. Дьявол, я боролся, я сопротивлялся, как мог. Ты победила. Я чувствую, как бурлит твоя кровь, когда я тебя касаюсь, я слышу, как учащается твое сердцебиение и прерывается дыхание. Ты даже пахнешь по-другому, и это сводит меня с ума. Я не думал, что со мной все еще может такое происходить.

Ник развернул ее к себе лицом, провел пальцами по ее щеке, словно повторяя очертания ее скул, подбородка. Он наклонился и коснулся губами ее губ. Марианна почувствовала, как сердце замерло, перед тем как пуститься вскачь. Дышать стало неимоверно трудно. Какие нежные у него губы, гладкие, мягкие. Девушка обвила его шею руками и ответила смело, страстно, пробуя языком на вкус его губы. Неожиданно руки Ника сомкнулись на ее талии с такой силой, что сердце ухнуло вниз на бешеной скорости. Он рванул ее к себе, пальцы погрузились в густую массу волос на затылке, его язык ворвался к ней в рот, сводя ее с ума, возбуждая каждую клеточку ее тела. Ей казалось, что так страстное еще никогда не целовали. Ник приподнял Марианну над полом как пушинку. Его губы скользнули по ее щеке к горлу, касаясь языком кожи, оставляя влажную обжигающую дорожку. Марианна вцепилась в его волосы и тихо застонала, запрокинув голову, позволяя целовать плечи, шею. Николас быстро переместился с ней в кресло и усадил ее к себе на колени. Спустив платье с плеча, он жадно прижался к нему губами. Марианна не поняла, как это произошло, но уже через секунду, она сидела лицом к нему, словно оседлав. Платье обнажило ноги, и она чувствовала как тесно соприкасаются их тела. Ощущала твердую выпуклость в его паху горячим лоном. Низ живота отозвался сладкой болью, перед глазами заплясали разноцветные круги. Неведомое чувство дикое и требовательное пронзило ее тело насквозь. Мужские руки страстно гладили ее спину, обжигая сквозь платье. Марианна чувствовала, как задыхается от первобытной потребности отдаться. Она уже знала, как дерзко умеют ласкать его пальцы. Ей неумолимо хотелось большего, здесь и сейчас. В кресле, на ковре, где угодно. Чувствовать его в себе, в самом примитивном смысле этого слова. Его поцелуи больше не были нежными, теперь он жадно терзал ее губы, то покусывая, то неумолимо сминая своими губами. Наконец-то она почувствовала его страсть. Настоящую, испепеляющую. Щетина на его подбородке царапала кожу, вызывая ответный трепет в ее теле. Когда его губы нашли сосок под тонкой материей платья и неожиданно захватили в плен, она вскрикнула и зарылась пальцами в его волосы. Мужская рука скользнула по ноге, затянутой в чулок. Ник требовательно прижал ее к себе еще сильнее. У нее посыпались искры из глаз, теперь она мечтала, чтобы их тела не разделяла одежда, а вместо пальцев вовнутрь проник его член. От отчаянно дерзкой фантазии она невольно качнулась вперед, и трение вызвало пожар. Приближалось то чувство экстаза, которое она испытала с ним прошлой ночью. Если она еще раз пошевелиться, то ее тело взорвется на мелкие осколки наслаждения. Он застонал и вдруг грубо отстранил ее от себя. Приподнял вверх. Его глаза потемнели, стали похожи на грозовое небо, она застонала в знак протеста и хотела снова его поцеловать, но он не позволил.

— Тсс…успокойся…дыши глубже. Мы заходим слишком далеко. Сейчас может произойти то, о чем ты потом пожалеешь. Я не железный. Моего титанического терпения и сдержанности надолго не хватит. От обиды ей на глаза навернулись слезы:

— Ты не хочешь меня? Ты снова меня отталкиваешь? Вот в чем причина. Неожиданно он схватил ее за руку и прижал ее ладонь к своему паху. Кровь бросилась ей в лицо, когда она ощутила под пальцами твердую пульсирующую плоть, готовую прорвать ткань брюк.

— Ты думаешь, я не хочу тебя? Что ты скажешь сейчас маленькая искусительница?

— хрипло спросил Ник и посмотрел ей в глаза, — Только когда мы переступим эту черту — ты меня возненавидишь. Она молчала, чувствуя, как горят щеки, он не убирал ее руку, а она боялась пошевелиться. Еще никогда в жизни Марианна не прикасалась к мужчине так интимно.

Внезапно он встал с кресла, поставил Марианну на ноги.