Палач отвернулся и закрыл глаза, с трудом сдерживая вопль, рыдания, теснившие его грудь. Он увидел слишком много, настолько много, что теперь ему казалось, он сам побывал в аду. Холодный пот ручьями стккал по спине.

— Она сильно мучилась? — глухо спросил он.

Сжал кулаки, непривычно пекло глаза, а сердце содрогалось как в агонии. Слишком больно, он уже не думал. Что сможет вновь испытать эту мучительную горечь утраты, он думал, что уже выстрадал смерть Анны, но нет, сейчас он переживал ее снова.

Николас оказался позади него и тихо ответил:

— Нет, она умерла быстро, у меня на руках. Я закрыл ей глаза. Я похоронил ее как подобает, как истинную христианку.

— Я видел.

Фэй подошла к Изгою и положила руку ему на плечо. Прикосновение было нежным, биение сердца постепенно становилось размеренным, боль утихала, но пульсировала вдалеке, как затаившийся перед нападением зверь.

— Она вернулась, Мстислав. Анна вернулась, она правда не помнит своей прошлой жизни, но это она. Я вижу и знаю. Я чувствую ее прошлые жизни.

Мстислав резко обернулся и посмотрел в фиолетовые глаза ведьмы.

— Вот почему она кажется тебе знакомой, Мстислав. Вот почему ее дочь так сильно похожа на твою сестру и на тебя самого.

Изгой перевел взгляд на Марианну и его рот дрогнул.

— Марианна, Мстислав родной брат Анны, о которой мы с Ником тебе рассказывали. Он твой родственник у вас одинаковая кровь. Он — твоя семья. Он Вольский, если ты помнишь, в документах, твоих документах, когда Влад и Лина удочерили тебя, была указана именно эта фамилия. Вы — родственники.

— Это бред, — пробормотал Изгой и сбросил руку Фэй, — то, что ты говоришь полный бред. Я не верю в эти сказки про переселение душ.

Изгой засмеялся и потер подбородок свободной рукой.

— Напрасно не веришь. Тебе подвластны лишь силы зла, ты сам — великое зло, но есть и другие и ты прекрасно об этом знаешь, те кто являются противовесом тьме и мраку. У них тоже свои законы. Они послали на землю ангела, который должен был восстановить баланс. Марианна падший ангел, но она так же не принадлежит к силам зла. Она и есть та хрупкая нить, которая связывает оба мира.

— Марианна — вампир.

Ответил Изгой и спрятал меч в ножны. Все внутренне расслабились, как только исчезло голубое сияние смертоносной стали.

— Не совсем. Ее сделали вампиром, но она никогда не пила кровь и никогда не убивала. Мы на самом деле так и не знаем кто она. Возможно, и не узнаем до тех пора пока не возникнет такая необходимость.

В этот момент Марианна вскрикнула и все обернулись к ней.

— Она почти не дышит, — закричала испуганная мать и в панике посмотрела на Фэй, — посмотри, ее сердцебиение замедлилось до тридцати ударов в минуту.

Ведьма подошла к Марианне и посмотрела на девочку.

— Я знала, что с ней что то происходит, видела тревожные образы. Но Камилла блокировала меня, в ее сознание невозможно проникнуть.

— Скорей всего она блокирует кого то другого, — мрачно сказал Изгой, но на девочку не посмотрел.

Ник взял малышку из рук матери.

— Фэй, мне кажется кто то отравил Камиллу. Она не просыпается уже больше суток. Такого раньше никогда не случалось.

Фэй положила ладонь на голову малышки и вскрикнула, потом посмотрела на Ника. В ее огромных глазах читался ужас. Она побледнела и сцепила тонкие пальцы.

— Не молчи, Фэй, что ты увидела?

— Это яд вечного сна, — ведьма снова коснулась лба Камиллы и теперь провела ладонью по светлой головке, — Ее тело живет, а душа не с нами. Ее душу забрали. Мы беззащитны во сне и наши страхи ослабляют ауру. Ее специально усыпили чтобы забраться в ее сознание и увести. Но им будет нужно и тело. Тот кто забрал ее скоро потребует ее всю.

Марианна пошатнулась и чуть не упала, но ее неожиданно поддержал Изгой. Такой же бледный, как и она сама. Дотронулся и даже вздрогнул, когда молодая женщина благодарно сжала его руку.

— Что значит, забрали, Фэй? Что ты видишь?

Хрипло спросил Николас, он прижал девочку к себе, словно пытаясь защитить от невидимого врага.

— Ничего не пойму, — шептала Фэй, словно разговаривая сама с собой, — Я впервые сталкиваюсь с таким колдовством, но они тянут ее душу уже давно. Когда она спала, они звали ее.

— Кто они? — едва слышно спросила Марианна, она едва держалась на ногах и крепко сжимала руку Мстислава.

— Демоны. Это только они. Больше никто не владеет этим страшным заклятьем. Только я не знаю зачем им нужна наша Ками. Здесь замешан еще один Чанкр, очень могущественный, сильный, но не настолько, чтобы блокировать меня. Я его чувствую несмотря на колдовство и блокады.

Ник и с отчаяньем посмотрел на Фэй.

— Что нам делать? Есть противоядие?