Проворчал кто-то, когда девушка добровольна стала на четвереньки и призывно прогнулась. Инкуб пристроился сзади и намотав ее длинные волосы на руку сделал выпад бедрами вперед. Девушка сладострастно застонала, под аплодисменты улюлюкающей толпы. В тот же момент, Аша обвили другие наложницы, они вылизывали его шею, терлись об него обнаженными телами, целовали щеки, посасывали пальцы рук, извиваясь у его ног. Мне хотелось бежать отсюда со всех ног, сбивая ступни в кровь, мчаться подальше от этого вертепа похоти и разврата, но я не могла сдвинуться с места, потому что демон удерживал мой взгляд насильно. Потом вдруг стряхнул с себя наложниц и резко встал. Я судорожно сглотнула, когда он сделал шаг в мою сторону.
— Аш, иди ко мне…я долго ждала твоего возвращения. Пошли прочь, шлюхи!
Все обернулись, и я посмотрела на ту, кто так властно позвала Повелителя. Миена — его жена. В других одеяниях, полупрозрачных воздушных кружевах, обвивающих великолепное тело, как вторая кожа. Она смотрела на Аша и ветер трепал ее длинные черные волосы. Он сделал шаг ей навстречу, и я вздрогнула, когда внутри опять что-то засаднило.
— Я проведу тебя в твои покои.
Ибрагим снова появился из неоткуда, и я с облегчением вздохнула, когда оказалась в своей спальне и закрыла за собой дверь. Внутри клокотал огонь. Меня раздирали странные противоречивые чувства. Я бросилась на постель и спрятав лицо в подушках, громко всхлипнула. Напряжение спало, а внутри осталась горечь…привкус яда. Словно кто-то медленно сжимал мое сердце клещами.
Внезапно дверь с грохотом распахнулась, и я вскочила с постели. Аш загородил собой дверной проем. Он несколько секунд смотрел на меня, а потом захлопнул дверь ногой, на ходу расстегивая широкий ремень. Я судорожно сглотнула и отпрянула к стене. Его глаза горели, испепеляли меня. Несколько шагов, и он уже рядом. Огромный, полуголый, прожигает голодным взглядом. Едва лишь подумала о том, что сейчас он опять будет драть меня на куски стало страшно, все тело сковало ужасом и льдом. Аш схватил меня за волосы и дернул к себе уже привычным жестом, обездвиживая, лишая возможности сопротивляться.
— Я голоден, — прорычал очень тихо, глядя мне в глаза, сильно сжимая мои волосы в кулак на затылке. Он тяжело дышал, его ноздри трепетали, а челюсти сжались до хруста. Казалось он с трудом сдерживает себя.
— Лучше было сгореть на площади, — тихо сказала я, — так же больно, но не так унизительно.
Вот теперь мне точно несдобровать, глаза демона почернели, а пальцы с такой силой тянули мою косу, что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы ослабить хватку.
— Ублажать Хозяина это не унижение, — прошипел мне в лицо и, приподняв за талию, швырнул на постель, — это честь.
Аш скинул рубашку и навис надо мной, сковывая своей мощью и неотвратимостью. Жестокость и сила, сочеталась с дикой красотой и первобытным огнем, способным испепелить все живое.
— Мою честь ты уже отнял, мою свободу забрал, мое тело ломал. Осталась моя гордость и мое сердце — их тебе никогда не получить.
Я смотрела на него тяжело дыша, чувствуя, как дрожат колени, как внутри все сжалось в комок от ожидания неминуемой адской боли вторжения. Я помнила, как в прошлый раз он вонзался в меня, разрывая внутренности. Демон навалился сверху, раздвигая мне ноги коленом и раздирая на мне платье.
Я зажмурилась, стараясь сдержать вопли ужаса, протеста, не распалять зверя агонией моего страха.
— Смотри на меня, Шели.
Жестокие пальцы сжали мой подбородок, и я открыла глаза вкладывая в свой взгляд все мое презрение и ненависть к нему.
Он смотрел мне в глаза несколько секунд, а потом вдруг встал с меня, застегнул штаны и ушел. Я громко выдохнула и разрыдалась от облегчения, свернувшись калачиком на постели. Неужели мне повезло? Так все быстро и просто. Я не знала, что именно спасло меня в этот раз, но временная отсрочка обрадовала и в то же время окутала пустотой неотвратимо приближающейся неизбежности. Он придет снова. Я знала об этом.
Спустя несколько минут кто-то тихо подошел к моей постели, и чья-то нежная рука коснулась моего плеча. Я дернулась, как от удара током и резко повернулась, а потом с воплем обняла Мелиссу и зарыдала у нее на груди. Она прижимала меня к себе и гладила по волосам.
— Мне страшно…я боюсь его…мне так страшно, Мелисса. Я хочу домой.