Посмотрела на его огромную фигуру. На то как он заслонил собой выход из молельни и вывалился наружу, скрипя сапогами по снегу. Я бросилась следом, но Уильям обернулся ко мне и сгреб одной рукой за шиворот.

— Я вне себя. Не путайся у меня под ногами, не то я за себя не отвечаю и выдеру тебя вместо отца! Позор на наши головы! Ты — позор! Мне стыдно и мерзко смотреть на тебя! Уйди!

Отшвырнул вглубь залы и хлопнул дверью. Из-за порога на пол набились снежинки и теперь растаяли так же, как и моя надежда, что я могу что-то изменить. Бросилась к окну, распахнула ставни и прижалась лицом к стеклу. Увидела Моргана и чуть не закричала — они раздели его. Он был в одной тонкой рубашке и босиком. Привязанный к стволу дерева. Беспомощный и в тоже время безумно сильный. Как будто излучает эту мощь перед которой тушуется даже мой брат. Словно веревки не сдерживают пленника и тот может быть опасен для всех даже привязанным. Да, один взгляд Ламберта мог заменить тысячи клинков и изрезать вас на куски.

Уильям подошел к нему и изо всех сил ударил под дых. Так ударил, что Морган закашлялся. Я хотела их слышать. Я до безумия хотела их слышать и не могла. Прижималась в стекло все сильнее, глядя как ветер раскручивает вихри по земле, как путается в шлейф из снежинок и мечется по двору. И в голове рождаются мелодия, а взгляд зацепился за снежинки и словно это я уже закручиваю их в спирали… в маленькие белые смерчи и швыряю о землю.

«Ветер-ветер-ветерок

Ветер — Белый голубок

Дай услышать, где ты был

Дай узреть, где волком выл

Дай тобою стать… лететь

За тебя морозом петь

За тебя услышать голос

А взамен получишь волос…»

«Зачем обещала. Придется отдавать… за все надо платить… за всееее….»

Тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли, прислушиваясь, и холодея от понимания, что я, словно вне своего тела парю там, снаружи, где двое мужчин смотрят друг на друга диким взглядом.

— Бьешь связанного? А слабо отвязать и в честном бою драться?

— С кем? С тобой? С мразью, которая убивала блэровских детей?

— Разве не твои люди схватили беженцев из Адора и вздернули их на деревьях вместе с НАШИМИ детьми?

— Ложь — твоя вторая мать!

— А твоя первая и единственная — подлая тварь, которая истребила сотни тысяч! Отняла жизни у стариков и детей, обрекла их на жуткую смерть!

Ударил Моргана снова с такой силой, что тот со свистом втянул воздух и, дернувшись всем телом.

— Я оторву тебе язык!

— Ты трусливая псина, которая боится меня отвязать и дать в руки оружие! Приблизишься и я отгрызу тебе кадык.

Я могла их только слышать. Не видеть и никак не повалять на ход беседы. Только кружить там вихрями, метаться белым покрывалом.

— Ты не достоин со мной драться! Ты обесчестил мою сестру! Ты опозорил мой род и сдохнешь, как собака!

— Твоя сестра принадлежит мне с рождения! Твой отец обещал мне ее едва она родилась на свет!

— Ты не женился на ней! Ты… ты обрюхатил ее, она родила от тебя ребенка, а ты… ты женат на другой! Лучше убить тебя, чем терпеть такой позор!

Я замерла понимая, что сейчас Морган скажет что Джейсон не наш сын… Приготовилась, затаила дыхание и….

— Так убей! Я люблю твою сестру!

И трепет по всему телу вместе с жаром. Обдавшим сердце. «Я люблю твою сестру» и словно сама жизнь впорхнула в обледеневшее тело, рассыпаясь жаркими искрами под кожей.

— И за это ты сдохнешь на улице, как паршивый пес! Я не убью тебя лично! Много чести! Пусть это сделает природа, которая последнее время взбунтовалась. Наверное, от того, что носит на себе таких мразей, как ты.

— Значит такова моя участь умереть достойно, когда трусливый граф Блэр наложил в штаны и не дал мне оружие в руки.

— Меня нет. Я мертвец. Разве ты не отдал приказ окружить мой отряд и уничтожить все?

— Дал. Я бы дал его еще раз. Предатель друг, предатель его отец и предательница мать. Семья предателей.

— Поэтому ты трахал мою сестру?!

— Она на вас не похожа!

— Сдохни!

— ТУМАААН!

Я дернулась и словно вернулась обратно в свое тело. Увидела, как издалека надвигаются уже знакомые облака. Бросилась из молельни на улицу, путаясь в снегу, побежала навстречу брату. А тот уже шел обратно в дом. Яростно ступая по снегу так, что искры снежинок брызгами вылетали из-под его сапог.

— Уильям! Отвяжи его! Забери в дом! Туман не пощадит. Туман убьет его!

Обошел меня, как пустое место и продолжил идти, а я побежала следом, цепляясь за его руку.

— Уильям! Забериии его! Заклинаю тебя! Умоляю! Не дай ему умереть!

Рухнула в снег, хватаясь за сильные ноги, так что проволок меня по снегу следом за сапогами.

— Уииииил, мой бурый медведь…, - и сама вздрогнула. — прошу тебя!

Остановился, сдавил руки в кулаки, стряхнул с ноги и снова пошел вперед.