Закрыл глаза, застонав, когда она медленно втянула в себя головку, начиная играть кончиком языка и не продвигаясь дальше. Дразнится, вредная девчонка. Злость за эту дерзость перемешалась с диким желанием наказать.

Я схватил ее за затылок, удерживая голову, и толкнулся бедрами вперед. Погружаясь за красные губы в мякоть рта. Одним движением и до самого горла. Пусть принимает меня всего. Так, чтобы почувствовать, как она вцепилась мне в бедра, пытаясь отстраниться. И не позволяя ей это сделать, зверея от той власти, которой сейчас обладал. На коленях передо мной. МОЯ ядовитая девочка. И я буду брать тебя, как захочу. А сегодня я возьму тебя всеми способами, маалан. Моя хрупкая, моя маленькая маалан. Совсем скоро ты будешь выть от удовольствия.

Я двигал бедрами, постепенно ускоряя движения, удерживая ее за волосы, заставляя задыхаться…И задыхаясь сам от того наслаждения, что подкрадывалось по позвоночнику, поднимаясь все выше и выше. Сердце вырывалось из грудной клетки, яйца поджимались, наполненные, готовые извергнуться.

Я знал, что еще немного, и я кончу ей в рот. Отстранил ее от себя и наклонившись, набросился на сладкие губы, сминая своими, покусывая язык, исследуя небо языком.

— Моя горячая и покорная маалан, — приподнял ее за подбородок, давая понять, чтобы встала с колен, — ты уже совсем мокрая там? — просунул ногу ей между ног и удовлетворенно хмыкнул — Даааа…ты уже течешь, — провел пальцем по румянцу на щеке, обвел распухшие губы, пальцами другой руки в этот момент проникая в ее лоно. Им иммадан, как же там узко, как там, Саанан все раздери, узкооо.

Почувствовала пальцы на затылке и резкий толчок вглубь рта. Задохнулась чувствуя его в горле, цепляясь за бедра, впиваясь в них ногтями и точно зная, что пощады не будет. В его власти, с его плотью во рту, безжалостно проникающей по самое горло. Он двигался все быстрее, впиваясь в мои волосы, не давая отстраниться, не давая вздохнуть. По щекам покатились слезы, внизу все стало невероятно мокрым. Мне казалось, что я сейчас кончу, не касаясь. Возбуждение зашкаливало. Невыносимо хотелось дотронуться до себя и взорваться. Сейчас, с его членом во рту, с его вкусом на губах.

Внезапно он оставил мой рот, наклонился и жадно впился в мокрые губы, теперь уже имея меня языком, кусая, сминая, заставляя течь, дрожать от возбуждения. Поднялась с колен, и, когда почувствовала его пальцы между ног, прикусила губу, понимая, что еще немного — и я взорвусь. Вот так, быстро и унизительно. Никакого контроля над собой. Рейн ласкал мои припухшие губы пальцем одной руки, а другой резко проник в меня, и подогнулись колени…почувствовала, как издалека приближаются спазмы оргазма…всхлипнула и впилась ногтями в его руку…жалобно прошептала:

— Я сейчас…Рейн…я сейчас…

Зарычал ей в губы, понимая, что от того жалобного шепота начинает трясти всего. Только, не сейчас, маалан. Не так быстро, маленькая.

Вытащил пальцы из нее и провел по ее губам, давая почувствовать, какая она сладкая на вкус, а после втянул их в свой рот, смакуя.

— Какая ты вкусная, моара маалан… — Посмотрел в бирюзовые глаза, понимая, что растворяюсь в этом взгляде. Каждый раз как впервые. Потянул за собой к берегу, укладывая на светло-желтый, почти белый горячий песок.

Нависая сверху, прижал к себе, руками сжимая упругие ягодицы. Намеренно сильно. Зная, что ей это нравится. Видя по вспыхнувшим глазам. Приподнял ее за бедра, проникая сразу двумя пальцами в тугую расщелину.

— Схожу с ума от того, какая ты тесная, Одейя…

Опустил голову, языком касаясь соска, а после прикусывая.

— Мммм…МОЯ сладкая девочка…моара…

Убрал руку, и я закусила губу до крови, стараясь немного успокоиться. Провел пальцами по моим губам, а потом жадно облизал их сам, и от его затуманенного пьяного взгляда кровь застучала в висках. Захлебнулась стоном, глядя на его мокрое лицо, на капли воды на смуглой коже…мокрые волосы. Он приподнял меня и резко проник пальцами внутрь, я изогнулась, вскрикнув и закатывая глаза от наслаждения. От бархатного звука его голоса внутри уже натянулась невидимая струна, готовая лопнуть в любую секунду. Почувствовала губы на соске и достигла точки невозврата, вцепилась в его плечи, вращая бедрами, насаживаясь на безжалостные пальцы и взрываясь на осколки. Сама не поняла, что кричу, содрогаясь всем телом, быстро сокращаясь вокруг его пальцев, прижимая голову к груди, впиваясь в его волосы пальцами.

— Реееейн, — вместе с воплем острого наслаждения, переходящим в гортанный хриплый стон.

Как долго…как же долго я была без тебя, и пусть здесь все не настоящее, мое наслаждение остро-настоящее, обжигающе реальное. От него взрывает каждую частичку тела на куски.