Андрей ползком пробрался к двери, заваленной досками и всяким хламом. Он притих, прислушиваясь. Ни звука. Дети молчат. Асланов не знал, хороший это знак или плохой. Он старался гнать подальше страшные мысли. Запретил себе думать обо всем, что происходит. Нужно отстраниться, смотреть на все глазами профессионала. У него цель, задание и он должен его выполнить. Тишину нарушил выстрел, и Андрей откатился в сторону. Пуля просвистела у его уха.

- Асланов! Даже не думай подобраться ближе. Я тебя вижу. Так что оставайся на своем месте и не рыпайся. Не заставляй меня выбирать какую из твоих дочек убить первой.

Андрей сцепил зубы и выругался. Потом громко крикнул в ответ:

- На что ты рассчитываешь, Артем? Думаешь, я пришел один? Ты ведь хорошо меня знаешь, скоро здесь будет туча ментов.

В ответ послышался хохот.

- Вот именно, Асланов, вот именно. Я отлично тебя знаю. Ты пришел один. Ты бы не посмел поставить под угрозу жизнь своих детей. Так что лежи там смирно и не дергайся.

- Хорошо. Я лежу в снегу и слушаю тебя. Зачем? Просто скажи, зачем тебе все это? Ты ведь чего-то добиваешься? Какие у тебя условия? Давай договоримся.

- Асланов, а нет у меня никаких условий. Выкуси. Договора не будет. Просто ненавижу я тебя и все. Хочу, чтобы ты умылся кровавыми слезами. Поэтому можешь не пытаться играть со мной в те игры, которым нас учили.

Андрей отполз в сторону, и посмотрел на дом. Каким образом Корецкий его видит? Откуда? Где есть окошко или дырка? Чуть приподнял голову и снова выстрел.

- Черт, ты еще не понял, что я к этому готовился? Я потратил на это годы, я обдумал каждый твой шаг, я изучал тебя, как ты Коршуна. Мне ничего не нужно, Андрей. Ты все у меня забрал. Все.

Андрей больше не пытался поднять голову, он осторожно продвигался к двери с левой стороны, оставаясь укрытым насыпью из снега.

- Давай поговорим об этом, хорошо. Скажи мне, в чем я провинился перед тобой? Скажи, и я, возможно, пойму.

- Не поймешь. Куда тебе понять. У тебя все было: будущее, красавица жена, бизнес. А я? Мать-алкоголичка сдохла под забором, сестра - нищая оборванка и годы службы без продвижения. Я когда Нику увидел...Ты помнишь, мы были вместе, я еще говорил тебе, как она мне нравится. А ты? Тебе на все наплевать, ты отобрал ее у меня. Ты занял мое место везде. Это не ты, а я должен был поехать за границу с заданием. Это не ты, а я должен был жениться на Веронике. Ты все у меня отобрал. Теперь моя очередь.

Андрей прополз еще немного и с триумфом отметил, что скорей всего сейчас Корецкий его не видит.

- Артем, почему ты мне ничего не сказал? Я ведь всегда любил тебя, как брата. Неужели ты думаешь, я бы не отступился?

- А что, отступился бы?

- Конечно! Я же люблю тебя, друг. Хочешь, я завтра же подам в отставку и дам тебе возможность продвинуться. А Вероника.. пф… она мне не нужна. Я могу отдать ее тебе. Все равно между нами больше ничего нет. Она меня не простила. Слышишь, Тём. Отпусти детей. Выходи, поболтаем, бахнем по сто грамм, и все забудем.

Андрей уже подобрался к самой двери и теперь залег в снегу, выжидая. Наверняка Корецкий проделал дыру в стене справа, поэтому сейчас он не видит Андрея.

- Ты что, издеваешься? Думаешь, я идиот? Какие сто грамм? Ты пристрелишь меня, как собаку.

- Я твой друг, ты забыл? Вспомни, в армии, когда тебя засосало в болото, кто тебя вытащил, рискуя жизнью? Эй, я на твоей стороне. Ты мою задницу прикрывал, а я твою. Вылазь, поговорим, по-мужски. Можешь мне морду набить.

Андрей приподнял голову - тихо. Значит, действительно, скрылся с поля зрения. Тогда он привстал.

- На моей стороне, говоришь? Докажи.

- Скажи, как, и я сделаю это.

- Откажись от Вероники и подай в отставку. Как только что обещал!

- Да нет проблем, Артем. При тебе позвоню куда надо. Нике дочек верну, и поминай, как звали.

- Сука ты, Асланов! Я не верю не единому твоему слову. Поёшь, как по учебнику психологии. Я что, по-твоему, лох? Я не понимаю, что сейчас ты ведешь со мной переговоры? Давишь на жалость? Вали на хрен отсюда, оставь машину у дома, а сам убирайся подальше.

Андрей уже поднялся в полный рост и прикидывал куда лучше ударить ногой, чтобы с одного удара дверь разлетелась в щепки. Пару шагов назад чтоб на расстоянии ответить и снова вперед

- Ну, зачем ты так, Артем? Я к тебе со всей душой, а ты. Успокойся, мы много накосячили вместе. Давай все исправим, сгладим.

- Сгладим? Ты чертов ублюдок сломал мне ребра, я год под себя ходил и не мог встать с постели. Я чуть не лишился глаза, а мои передние зубы вставные. О каком мире ты говоришь? Я изуродую твоих детей, я убью...

В этот момент Андрей со всей силы ударил по двери, и та распахнулась.

- Сука! Твою мать! Не дергайся, прострелю ей башку!

Только сейчас дети закричали от страха. Андрей замер, на пороге выставив вперед руки с пистолетом. То, что он увидел, повергло его в состояние шока. Артем сжимал рукой шею его дочери и приставил дуло ей к виску. Глазки ребенка округлились от ужаса, а слезы катились по щекам. Двое других детей сидели на полу в углу и скулили как щенки. Мать Ники сидела связанная на стуле с кляпом во рту. Она замычала, увидев Андрея.

- Положи пистолет на пол и подними руки, Асланов.

Андрей медленно опустил оружие и выполнил приказ Корецкого.