— Ты еще как была готова…Мммм…как же пахнут мои пальцы твоей готовностью.

Поднес их к лицу и втянул запах. Я покраснела ещё больше. Раньше он никогда не был таким…таким откровенным, таким пошлым, что ли. Но мне это нравилось, дух захватывало, щеки пылали, а сердце колотится, как бешеное. И именно от этой пошлости внизу снова становилось мокро. Опустила взгляд и открыла дверь.

— Твоя очередь заваривать чай. А я пойду принесу кольцо. Надо вернуть его владельцу за ненадобностью.

— Я верну.

— Я! — (он сделал ударение на «Я») — Сам верну!

***

Пока я заново грела чайник. Сергей пошел в ванную. Какое-то время раздавался шум воды, потом что-то треснуло, и как будто упало на пол стекло. Сергей крикнул из-за двери:

— Кать, у нас здесь плитка треснула недалеко от умывальника, и кран в этом месте подтекает. Есть круглосуточные хозяйственные?

— СТБ работает. Но это далеко. В центре.

Вышел из ванной, взял куртку с вешалки.

— Я смотаюсь по — быстрому.

— Куда? Сейчас десять вечера!

— В СТБ. Я быстро на такси. Надо плитку взять, раствор и прокладки. Мужик в доме и текущий кран несовместимы. Притом завтра теща приезжает.

И ушел. Действительно поехал за плиткой и какими-то прокладками? Я вошла в ванну и увидела отколовшийся кусок плитки, ещё две упали следом, в образовавшемся проеме видна труба. На вид влажная. Я в этом ничего не понимаю. Но если хочет починить — пусть чинит.

Я его ждала. Сидела на кухне, обхватив чашку двумя ладонями, и ждала. Стало без него не по себе. Как все стремительно. Его не было семь лет. Я привыкла жить одна. Мне даже казалось, что это правильно, и одной намного лучше. Бывало, представляла себе, что если бы он не умер, а ушел от меня…Как бы я жила сама? Становилось страшно, что какая-то часть меня могла жестоко подумать о том, что лучше смерть, а другая зайтись от боли….нет, лучше жизнь. Пусть живет. Пусть даже вдали от меня. Сколько раз я винила себя за эти мысли, и мне казалось, что я могла притянуть к нему смерть.

И вдруг за какие-то считанные дни он снова заполняет всю мою жизнь, и она становится без него пустой. Всего лишь час…тикают часы. А у меня ощущение пустоты. Неужели я настолько сильно нуждалась в нем? Любила его?

Память подкидывает сумасшедшие жаркие сцены в лифте, между ног слегка саднит, и тело помнит проникновение его пальцев. Они были другими…все его ласки. Страстными, грубо-наглыми, умелыми. И воспоминания обрывками из прошлого….

«— Кончай, Катенок! Давай! Я после тебя!

— Сейчас…наверное.

Двигается во мне быстро, яростно.

— Давай… а то я тебя не дождусь. Вот так…нравится?

Просунул пальцы между нами и начал сильно тереть клитор. От чувствительности я вздернулась, Сергей задвигал рукой еще быстрее, меня било словно током. Больно и неприятно. От каждого прикосновения слегка подбрасывало и хотелось, чтоб он поскорее прекратил это делать.

— Вот дааа. И я… я тоже… Покричи.

Я интуитивно поняла, что, если покричать, вот эти ужасные растирания прекратятся, и протяжно крикнула. Он задвигался быстрее, и внутри растеклась его сперма.

— Как же…круто, когда ты так кончаешь»

Кончать мне не понравилось. Потом такое бывало, и не раз. Я чувствовала вот эти удары, как током, кричала, чтоб быстрее перестал там трогать, и он кончал следом. Я решила, что это и есть оргазм. Вот эта невыносимость. Поэтому спокойно обходилась и без него, и любила…тоже без него.

В интернете вычитала, что так бывает. Есть такой процент женщин. Наверное, я в их числе….Я так и считала. До сегодняшнего оргазма в лифте.

И от воспоминаний о нем у меня сводило судорогой живот, и снова там пульсировало…хотелось почувствовать снова. Я закрыла лицо руками и шумно выдохнула. Губы припухли от поцелуев, кончики грудей сладко ныли. Раньше он их сдавливал и выкручивал… а сейчас… О боже, сейчас все было иначе. Или…или во мне что-то изменилось. Я стала взрослее…родила. Про это тоже читала. Что после родов все может стать по — другому. Мне показалось, что его долго нет, и я посмотрела на часы. Прошло полтора часа. Что-то тревожно екнуло внутри. А вдруг…вдруг не вернется?

К дому подъехала машина. Я бросилась к окну. Не удержалась. Одернула шторку и увидела, как Сергей вышел из машины, как подхватил какой-то ящик и пакет. Сунул водиле деньги и направился в подъезд. Распахнула дверь, встречая на пороге.

— Не совсем похожа на нашу, но я подбирал в тон. Ничего, весной сделаем ремонт.

«На нашу», мне почему-то невыносимо нравилось, как он это говорил. Нашу.

— На ремонт денег нет.

— Ничего. Будут.